Поиски утраченного завтра

Я двинулся за дворецким, борясь с желанием дернуть его за полу смокинга или еще как-нибудь вывести из равновесия. Рили – они такие, ими восхищаешься, но все-таки хочется вывести из себя.

Дважды постучав в массивную дверь кабинета, дворецкий приоткрыл ее и отошел в сторону.

– Будет весело, старина, – шепнул я ему на ухо. И вошел.

Василиса сидела за огромным рабочим столом. Такой нужен, чтобы завалить его бумагами и планшетами, устроить полный срач на рабочем месте и гордо говорить всем: «Извините, творческий беспорядок».

Ну, или если у тебя маленький член.

Впрочем, Василиса очень правдоподобно работала. Перед ней были открыты четыре экрана, по трем шли какие-то видеоотчеты, на четвертом мелькали цифры и графики. Василиса шевелила пальцами в воздухе, зрачки ее бегали в разные стороны – киберимплантом она не пользовалась, но в многозадачной среде работала очень уверенно.

– Минутку, Никита, – попросила она. – У нас небольшая проблема, осетры стали плохо нереститься…

– У вас действительно есть живые осетры? – поразился я. – Кстати, отрок, ты обещал мне икры. Зажал?

Святослав валялся на огромном кожаном диване и тупил в планшет.

Пес сидел у него в ногах и смотрел на хозяина с обожанием.

– Ничего я не зажал, все уже у вас дома. – Святослав покосился на меня. – Привет. Блин, ничего себе костюмчик…

– Да ладно вам, Юрий Святославович, – сказал я. – Или все же Святослав Юрьевич?

– Папы с нами нет, – сообщила Василиса.

– Сложный философский вопрос. – Я сел рядом с пацаном. Погладил пса по холке. – Кто мы? Те ли мы, кем кажемся?

Василиса выключила экраны и повернулась ко мне.

– Лена Денисова, – сказал я.

 – Маленькая храбрая девочка из Вологды. Легко ли снова быть молодой? Тяжело ли жить, зная, что настоящая Лена тихо умирает от старости на планете миллионеров?

Святослав рассмеялся. Сказал:

– Ленок, ты проиграла.

– Я и не спорила. Никита умный, это был только вопрос времени, – ответила Василиса.

– Опровергать не станете, – одобрил я.

– Зачем? – пробормотал Святослав. Отложил планшет, сел. – Настоящая Лена умирает, но это ее план. А я вообще давно умер.

– Но память нелегально сохранил.

– Никаких нарушений! – возмутился Святослав.

 – Это не запрещено. Пойми, это же не бессмертие. Это жуть, если вдуматься. Я-настоящий скопировал свою память, а через три дня умер. Не больше бессмертия, чем в родившемся от тебя ребенке.

– Потому и не практикуется, – поддержала его Василиса. – Не бессмертие, а насмешка.

– Кто приходил ко мне с Тао-Джоном? – спросил я.

– Клоны Юрия, Святослава и Василисы, – ответила Василиса. – Очень долгая и удачная версия. А настоящие… Ну, ты же видел яхту? Вот это как раз настоящие сын, внук и внучка.