Училка и хулиган

Хоть бы ему там треснули хорошенько.

Дверь открылась и захлопнулась снова. Раздались голоса и шаги, и перед глазами появилась пара ног.

— Мать твою, Митрофанов, ты рехнулся?

Сильные руки подняли меня с пола и прижали к крепкой груди, поглаживая успокаивающе по голове и спине.

Ноги держали слабо, воздух с хрипом входил в саднящее горло, а слезы непрерывно лились, оставляя некрасивые пятна на рубашке неожиданного спасителя.

— Тссс, успокойся, девочка. Я не дам тебя в обиду.

Сказать-то легко, а попробуй тут успокоиться, когда все тело болит, а за спиной стоит обидчик. Потому, я еще не скоро перестала слюнявить дорогую рубашку моего вчерашнего знакомого — Романа Лисовца.

Через пол часа я, уже умытая и слегка успокоившаяся, сидела на диване в комнате и с подозрением косилась на злодея, которого Роман представил, как Илью Митрофанова. Злодей расхаживал по квартире и хозяйским взглядом разглядывал обстановку. Иногда неопределенно хмыкал, чем невероятно нервировал.

Роман устроился рядом со мной, вольготно рассевшись на диване. Его присутствие немного поддерживало и успокаивало, но ничего не объясняло.

— Роман, что происходит? — набралась смелости я.

Громила возмущенно уставился на меня, но Лисовец сделал предупреждающий жест в его сторону. Шкафоподобный Илья фыркнул и отвернулся.

— Мы хотели это у тебя спросить, — мягко ответил Роман.

Я некрасиво открыла рот от удивления. Что тут вообще творится? Нахмурила лоб и принялась думать. Вертела мысли и так, и эдак. Ничего не получается. Не думается мне, и все тут! Да еще и громила подобрался к коллекции ангелочков. Только попробуй разбить что-нибудь, зараза! Я тебе еще горло свое не простила!

Устав думать, потребовала у Романа:

Роман долго и проникновенно смотрел мне в глаза. Что пытался там высмотреть — непонятно. Насмотрелся вдоволь и спросил:

Знаете, я человек очень честный. Правда-правда. Поэтому, я перво-наперво покраснела, поняв, что мое вчерашнее притворство не является тайной для симпотяжки Романа. Затем я вздохнула, почесала нос, поглядела в потолок и, наконец, ответила максимально искренне:

Митрофанов, козел, хоть и стоял ко мне спиной, но зубами скрипнул вполне отчетливо, заставив меня вздрогнуть и торопливо добавить:

— Я правда не знаю. Весь день пытаюсь дозвониться. Она не берет трубку.

Роман успокаивающе погладил меня по руке.

— Все нормально, не бойся. Просто расскажи нам все.

— Ну, например, почему ты вчера была на банкете вместо Марии. И представилась мне ее именем.

Я стыдливо опустила глаза в пол и задумалась. Эх, Машка! Куда же ты меня втравила? Клятвенно обещала, что все пройдет гладко и мне не о чем волноваться, а получилось вон как. Уже и побили неизвестно за что.

— Ладно, — подумав, решилась я.