Золото Югры

– Иди, иди, – последний раз крикнул звонкий голос и замолк.

Матрос на носу судна два раза ударил топором по якорному канату. Шхуна дернулась, качнулась. Упрямое течение Иртыша подхватило английский корабль и понесло на разворот. Теперь Макар сообразил, зачем сброшен кормовой якорь – он держал корабль, чтобы его развернуло силой течения. Как только нос шхуны повернулся идти назад, на север, по течению, кормовой якорь выбрали. Шхуна взяла ветер полными парусами и понеслась по течению так резво, что Макар оторопел.

И стоял неподвижно, пока шхуна не пролетела версту.

Макара опередил десятский Тохтай. Он проорал татарскую команду, и его воины побежали от шхуны назад, в сторону Тобола. Макар ухватил Тохтая за рукав:

– Куда валите, узкоглазые? Убью!

– За конями, за конями надо бежать!

Тохтай вывернулся от Макарова хвата и скрылся в кустах. Старинов сел на мокрый песок и бездумно глядел в сторону шхуны, уже скрывшейся за поворотом реки.

Неисповедимы пути Господни, как неисповедимо и Слово Его, которым Он наделил людей, имея к ним слабость неисповедимого свойства.

Кто и что видел в Сибири, то через две недели Божьим изволением, уже словесно, узнавали на Казани, а еще через неделю и на Москве.

– Англы уже сходили в Китай, потеряли одну шхуну в том походе, а теперь одной шхуной идут назад! – в середине месяца августа доложил царю Ивану Васильевичу дьяк посольского приказа. – Так говорят в Сибири.

Иван Васильевич стукнул царским посохом о каменный пол палаты, сшиб на ковер свою тюбетейку и вторым ударом посоха пригвоздил ее к ковру.

Дьяка посольского приказа самоходно вынесло за дверь царской палаты, в поту и в страхе.

В конце августа о возвратном пути англов из похода на Сибирь и Китай узнал Осип Непея, тративший на английских доглядчиков и доносчиков фунт серебром в день.

Граф Эссекс, в ожидании именно такого радостного известия, два месяца оттягивал свой отъезд в Ирландию. Перед отъездом в Виндзорский замок Елизавета назначила своего фаворита командующим английской оккупационной армии.

Узнав сибирские вести, граф решил в Ирландию не ездить совсем.

Королева Елизавета не узнала ничего. Она в последний день августа последний раз ходила на молочную ферму, где последний раз в этом сезоне исполнила древний обряд вкушения свежего масла от королевских коров.

Первого сентября, к вечеру, Елизавета Первая прибыла в свой дворец в Уайт Холле. И первым же своим осенним указом королева лишила графа Эссекса права сбора таможенных пошлин с импортных вин, лишила единственной статьи дохода. Отныне граф был нищ, как свинопас.