4
0Извини, Великий Государь, может, пишу не складно и не так. Как есть, но пишу со слов боцмана Вильямса. Тот трезв и неделю назад проклял веру англицкую и принял нашу, православную веру. Не доверять ему, боцману, таким разом, нельзя… А веру англиканскую сама королева англицкая велела всем англам исповедовать. Чтобы десятина денежная, церковная, не уходила из страны подлым католикам, а в Англии оставалась. Может, верно, государь. А может, и нет…»
Непотребная тюркская матерность сильно ударила по ушам Непеи. Оглянулся на царя. Иван Васильевич сопел над арабской картой с увеличительной лупой. Даже лег животом на стол. И матерился, и матерился! Несусветно – и по-арабски, и по-тюркски. Эх, всегда бы таким быть царю всея Руси!
Осип быстро дочитал поморское послание.
«… Да только королева англицкая больно шустра, Государь. И войну затеяла с Испаганью и с португалами затем, чтобы после Испагани исковеркать Португалов и отбить у них морские пути на Индию и Китай… Она, королева, видать, про речные обские пути в Индию через Сибирь не ведает… А граф Эссекс ей о том не говорит. Стыдно ему, должно быть, за этакое умолчание перед Ее Величеством. Мы такого умолчания тебе ведь не допускаем… Припадаю к твоим ногам, Великий Государь, не накажи раба твоего – старшинку поморского Сиволапа».
Непея отложил письмо поморского старшины в сторону и как-то разом, без раздумья, хватанул половину кувшина ромейского сладкого вина. В горле тотчас запершило. Осип сильно раскашлялся.
– Поди сюда! – позвал государь.
Непея, кашляя, подошел к большому столу с арабской портуланой.
– Вот это – что? – спросил Иван Васильевич. – Вроде как наши люди нарисованы. Читай сам подпись под рисунком… Я арабскую пропись подзабыл.
Непея взял у царя увеличительное стекло и направил его почти в середину Сибирской земли. Там, между двумя рисованными грядами гор, как бы образовалась огромная безлесая равнина. По равнине, что нарисовал древний картограф, ходили медведи, лоси, волки; по деревьям лазили белки и соболя. Кое-где разными значками и разного цвета были помечены некие таинственные места. Непея догадывался, что непонятные закорючки означают металлы или древние шахты.
Но царя интересовали два человечка в островерхих шапках персидского кроя и в русской походной одежде. Человечки сидели друг против друга и рыли нечто. Под ними полукругом шла подпись арабской вязью.
«Сур аль мас кем», – прочел Непея. – «Русские ищут алмазы».
Царя будто подбросило.
