Белый асфальт

– Иван! Принесите сюда фонарь! – крикнула Стерхова.

Астафьев принес фонарь и осветил небольшую комнату. В ней, как и в той, где лежал труп Петруниной, валялись обломки стеллажей. В углу, в куче мусора лежала крышка от старого чемодана.

Приблизившись, Анна разглядела на ней надпись мелом: «1-14».

– Номер комнаты, в которой жила Зорина, – произнесла она первое, что пришло в голову. – Неужели крышка от ее чемодана?

В комнату вошел Ромашов.

– Здесь на стеллажах хранились вещи преподавателей. Чемодан, вероятно, распотрошили, оставили только это.

– Какое грустное напоминание… – проронила Анна и подняла крышку с пола. Взглянув на обратную сторону, увидела кармашек, из которого торчал пожелтевший конверт. – Это что?

Стерхова достала конверт и поднесла его к фонарю. Прочитав на конверте адреса, содрогнулась от потрясения – перед ней было письмо Лаврентьевой, адресованное Зориной. Вглядевшись, Анна различила дату на штемпеле: «06.06.1989».

– Идемте наверх! Мне нужен свет!

На улице к тому времени уже стемнело, и Анна потребовала, чтобы ее отвезли в отдел. Читать письмо впопыхах она не хотела.

Оказавшись в кабинете, Стерхова сняла полушубок, включила свет и положила конверт на стол. Астафьев и Ромашов расселись на стульях и терпеливо ждали, когда закончится ритуал подготовки к важному действию.

И этот момент наступил. Достав из конверта тетрадный листок и выдержав паузу, Анна стала читать.

Стерхова подняла глаза.

– Какое страшное письмо.

– Да этот мужик настоящее исчадье ада. – С усилием выдавил из себя Ромашов. – Так растоптать девчонку. Знать бы, кто он такой.

– Узнаем. – Стерхова положила исписанный листок обратно в конверт. – Теперь вся надежда на Добродеева. Если все сложится удачно, и он привезет письма Зориной, мы с вами узнаем имя этого негодяя. – Она обвела сотрудников взглядом. – Надеюсь, он еще жив.

Домик охотничье-промыслового хозяйства стоял в стороне от поселка, за забором из старых досок, плохо побеленных известью. Постройка была низкой и покосившей, рядом, вплотную к стене, располагался холодный склад.

Стерхова вышла из машины. Прежде, чем она захлопнула дверь, Астафьев спросил:

– Я успею съездить к дому Петруниной?

– Успеешь, поезжай. Потом меня заберешь.

Она подошла к двери и дернула за ручку. Та не открылась, и Анна забарабанила в нее кулаком.

Звякнула щеколда, в открывшейся щели показался старик, судя по форме – охранник.

– Мне нужен директор или кладовщик. – Решительно заявила Стерхова.

– Начальства нет. Приходите позже.

На этих словах дверь закрылась, и громыхнула щеколда.

Стерхова забарабанила вдвое сильнее. Она замерзла, Астафьев уехал, и ей негде было согреться.

– Ну, что?! Чего ты блажишь? – охранник снова высунулся в щель.