Дом голосов

— Значит, по вашему мнению, все сводится к наличию воображаемой подруги? — спросила Уолкер, которую его объяснения явно не удовлетворили.

— Белокурая подружка в белых сандалиях и в платье с желтыми пчелками: ею Ханна хотела бы быть, но не была, — обычной девочкой, такой, как все. Этот образ создала психика Ханны, чтобы ей не приходилось в одиночку противостоять реальности, — настаивал он на своем, слегка раздраженный.

— Какой конкретно реальности?

— А вот какой: Ханна всегда знала, что виновна в гибели Адо, но иногда лучше, если истину нам откроет кто-то другой.

— Не Ханна Холл ищет уловки, чтобы ускользнуть от реальности, доктор Джербер… Но вы сами.

— Можно узнать, что вас так пугает в этой женщине? Почему бы вам не объяснить, по какой причине вы до сегодняшнего дня утаивали от меня эту запись…

Уолкер ответила не сразу.

— Ладно, — наконец сдалась она. — У меня была сестра, двойняшка, ее звали Литц.

— При чем здесь это? И почему «была»?

— Потому, что она умерла в восемь лет от острого аппендицита.

Пьетро Джербер издал короткий смешок.

— Вы действительно думаете, что…

Коллега не дала ему закончить фразу:

— Хотя дело было зимой, Литц похоронили в ее любимом платье: хлопчатобумажном, с желтыми пчелками.

Судья Бальди, облаченная в длинный бархатный халат, расхаживала в тапках у себя дома по гостиной, расположенной на третьем этаже палаццо, выходящего на Арно, у Понте Веккьо. Комната под кессонным потолком была роскошно обставлена. Антикварная мебель, ковры, гобелены и шторы. Столики, этажерки, тумбочки ломились от ценных безделушек, большей частью статуэток и вещиц из серебра.

В семнадцатом веке Бальди успешно вели торговлю и скопили немалое состояние. Несколько поколений наследников жили на ренту, не утруждая себя ничем, тем более работой. Но последней представительнице рода претила праздная жизнь, она освоила профессию и обрела свой путь в реальном мире.

До того как осесть в кабинете по делам несовершеннолетних, Анита Бальди была социальным работником «на земле», не боялась запачкать руки и приобрела немалый опыт в расследованиях. Выросшая в роскошных апартаментах, она ходила по убогим квартирам, баракам, настоящим кругам ада, которые язык не поворачивался назвать «домом». Все для того, чтобы найти детей, терпящих бедствие, и спасти их.

Пьетро Джербер оглядывался вокруг, спрашивая себя, правильно ли он поступил, явившись в столь поздний час спросить совета у старой знакомой. Он вкратце поведал Бальди о событиях последних дней, не упомянув пока что Ханну Холл. Теперь сидел, выпрямившись, в обитом парчой кресле, все еще слишком напряженный, чтобы откинуться на спинку. Он пришел просить об одолжении.

Судья приблизилась, протянула стакан воды, который попросил Пьетро.