Я смотрю на тебя издали

– У нее много талантов, которые тебе и не снились, – сказала я, появляясь в огромной кухне-столовой, а также гостиной.

– Сплю я без сновидений, – хмыкнул Берсеньев. – Преимущество человека с чистой совестью.

«Врешь, гад, – подумала я. – Но комментировать мы это не будем, раз уж я решила лежачего не бить». Он стоял возле плиты, что-то там колдуя, а я села в кресло напротив окна, восхищаясь видом.

– Что привело тебя ко мне, прекрасное создание? – спросил Берсеньев.

– Так его ж похоронили. Валяй, рассказывай.

Вторично рассказывать до мельчайших деталей было неохота, но я поднапряглась. Берсеньев слушал и время от времени кивал. Когда очередь дошла до братства, я решила показать Берсеньеву бумаги в папке, но он лишь рукой махнул.

– Верю на слово. Ты ж у нас не только выдающийся юрист, но и журналист-недоучка и сравнительный анализ, разумеется, провела блестяще.

К тому моменту, когда я закончила рассказ, и мясо подоспело. Мы устроились за большим столом со стеклянной столешницей.

– Какое вино предпочитаешь? – спросил Сергей Львович.

Один из многочисленных кухонных шкафов у Берсеньева был забит бутылками, лежали они рядком в специальных ячейках, возле них он и замер.

– Чего ты спрашиваешь, я же все равно не разбираюсь.

– Ну, так учись. Что ж, если выбор за мной, будем пить чилийское.

– Да хоть монгольское.

– Дура, от жизни надо получать удовольствие.

Он открыл бутылку, разложил мясо по тарелкам, а потом налил вина в бокалы. Мы выпили и принялись есть.

– Тебе бы шеф-поваром в ресторан, – сказала я.

– Талантливый человек талантлив во всем.

– Не томи, талантливый. Что ты обо всем этом думаешь?

– Пока ничего. Вот доем и думать начну. И ты не сиди с постным видом, а жуй.

Бутылку вина мы допили, мясо съели, а он все молчал.

– Ты нарочно, да? – не выдержала я.

– Жизнь прекрасна, – хмыкнул он. – И не смей ее портить. С бомжем твоим разберемся. Эка невидаль.

Я собрала посуду, сунула ее в посудомоечную машину, а Берсеньев устроился в кресле, блаженно потянулся, потом закинул руки за голову, сцепил их замком и стал насвистывать.

– Нет, ты точно издеваешься.

– Ладно, внимай. Что мы имеем? Парень восемнадцати лет от роду живет один, вечера проводит за компьютером… После смерти бабки история трагической кончины родителей вдруг его заинтересовала. Свидетельство тому фотография в книжке и рассказ приятеля. Положим, твоих блестящих способностей у него нет, но, шаря в Интернете, он мог наткнуться на сайт «Братства» и обратить внимание на странную схожесть текстов. Что он сделает в этом случае?

– Ну, не знаю… в полицию пойдет?

– Это если умный. А ему восемнадцать, и умным он не может быть по определению.