Я смотрю на тебя издали

Растрепанные волосы с сероватым оттенком, которые в первый момент я приняла за седину. Потом стало ясно: женщина значительно моложе, просто жизнь с ней обошлась сурово. Или она сама со своей жизнью. Ранние морщины, бесцветные губы, узкие, нервно подрагивающие. В руках женщина держала фотографию.

– Откуда у вас это? – хрипло спросила она.

– Значит, с Денисом вы знакомы, – сказала Агатка, входя в комнату, дождалась, когда войду я, и захлопнула дверь перед соседкой, которая, вытянув шею, пыталась рассмотреть, что там на фотографии.

Елена отступила на шаг, Агатка оглянулась в поисках места, где могла бы пристроиться, и выбрала кресло, старое, потертое. Впрочем, вся остальная мебель в комнате выглядела точно так же. Антиквариат, который и за копейки не продашь. Я взяла стул и устроилась на нем. Елена, все еще с фотографией в руках, подошла к круглому столу возле окна, оперлась на него рукой, стоя спиной к нам, и беззвучно плакала.

– Откуда у вас фотография? – минут через пять вновь спросила Елена.

– У Дениса есть тетка, единственная родственница, – сказала Агата. – Вам известно, что Денис уже год как в розыске?

Лена повернулась к нам и кивнула.

– Кто вы? – спросила она, шаря взглядом по лицу Агатки.

– Адвокат Завьялова.

– Родственница Дениса обратилась к нам за помощью…

– Они убьют его, – произнесла женщина. – Если вы попытаетесь, они убьют его…

Сестрица сурово нахмурилась, а я сделала предупредительный жест и сама заговорила:

– Расскажите нам, где и когда вы познакомились с Денисом?

Елена прошла к дивану, села на самый краешек и сложила руки на коленях, не выпуская фотографии.

– Он моложе меня на семь лет. Но иногда это не имеет значения, верно?

– Сейчас значение имеет, насколько будет откровенным ваш рассказ, – не удержалась сестрица. – Вы хотите ему помочь?

– Я расскажу, – кивнула Лена. – Я все расскажу. Если вы поможете его спасти от этих ужасных людей.

– Вот с них, пожалуй, и начнем, – подхватила Агата. – Итак…

– Несколько лет назад, – торопливо начала женщина, – я… у меня возникли проблемы… Личные. Я не знала, как дальше жить и вообще… все было ужасно. Знакомая однажды пригласила меня на встречу с проповедником.

– Тут неподалеку, на Садовой? – уточнила я.

– На Садовой у них офис, а собрания проходили в обычных квартирах, то у одних последователей, то у других. Тогда я впервые увидела Всеволода. Теперь мне трудно понять, почему он произвел на меня такое впечатление. Наверное, я чувствовала себя очень одинокой, и его слова… запали в душу. Хотя я бы не сказала, что он хороший оратор. Но в нем проглядывалось что-то… суровое, требующее подчинения, и вместе с тем в нем была любовь. Так мне казалось… Та первая встреча изменила всю мою жизнь.