Я смотрю на тебя издали

И их с Шерифом связывает не только служба. Улавливаешь? На кладбище тоже побывал, бомжа похоронили возле самой кладбищенской ограды, на могиле табличка с номером. Сторож сказал, менты выглядели страшно недовольными и на вопрос «кого хоронят» только огрызались. Фенька, совершенно ясно, эти типы улики уничтожают, чтоб никто никогда не узнал, кто такой твой бомж.

– Ты там не вздумай в сыщика играть, – сурово сказала я, вдруг поймав себя на мысли, что произношу эти слова с интонацией моей сестрицы. – С ментами связываться опасно, сам говорил, съезжать из города тебе не с руки, родители у тебя пенсионеры.

– Юрка, завязывай! – в досаде прикрикнула я. – Его фотография уже в следственном комитете. Так что хотят они этого или нет, а о бомже мы скоро узнаем. Если есть что узнавать.

– Конечно, есть. Чего бы им тогда так себя вести? Фенька, неужто менты морг подпалили? Это черт знает что…

– Вот именно. Потому и говорю: завязывай с самодеятельностью. Вряд ли все-таки менты, – подумав, сказала я. – А вот то, что они кого-то покрывают, вне всякого сомнения. Сиди тише воды, ниже травы… Понял? Надеюсь, хватило ума с приятелем догадками не делиться?

– Хватило, – хихикнул Юрка. – Я все по-умному. Просто обсуждали пожар, не каждый день у нас покойники горят. Не забудь, ты моя должница, узнаешь чего – позвони.

Разговор с Юркой душевные мытарства отнюдь не уменьшил. Теперь еще из-за этого олуха переживай. Втянула парня в историю, а сама его олухом обзываю. Конечно, олух, если со мной связался.

Утром, чистя зубы в ванной, я разглядывала себя в зеркало. Ночка выдалась не из легких, и это отразилось на физиономии. Агатка непременно спросит: «На тебе что, черти всю ночь воду возили?» И будет права. Я швырнула щетку в стакан, вернулась в комнату и набрала номер Стаса, при этом теряясь в догадках, зачем я это делаю? То есть ответ у меня был наготове: попытаться узнать о банде Лазаря, но критики, конечно, не выдерживал. На самом деле беспокойство, возникшее после разговора с журналисткой, отнюдь не исчезло, напротив, утром оно достигло критической точки, и теперь я была уверена: Стаса надо спасать. Идиотизм чистой воды, но подобные движения души рассудку неподвластны. Если честно, я подозревала, что на звонок он не ответит. И все-таки терпеливо слушала гудки. После восьмого Стас сказал:

– Догадался, – спокойно ответил он. – И теперь голову ломаю, с какой стати ты звонишь?

– Уверен, что не надо, – усмехнулся он.

– Это не имеет никакого отношения к нашим делам, – с трудом подобрала я слово.

– Да ну? – вновь смешок. – А у нас есть дела?

– Прекрати. Пожалуйста.

– Будем считать, что ты меня заинтриговала. Приезжай в офис, так и быть, выкрою минут двадцать.

Я бросилась к входной двери, на ходу натягивая свитер.