Каникулы для взрослых

На чашке была нарисована большая рыжая кошка.

– С Новым годом, Варя! – сказал он. – Это тебе подарок. Чтобы в нашем коллективе тебе было тепло!

Он наклонился и поцеловал Варю в щеку. Поцелуй был милым и невинным. Макс Юргунов делал вид, что ничего не замечает – как обычно. Варя была рада до смерти, что Глеб так себя повел и не стал устраивать никаких показательных выступлений. «Значит, у него есть чувство меры, – решила она. – За это он мне еще больше нравится».

Конечно, он ей нравился! Стал нравиться после того, как приступил к осуществлению своего плана. Его обаяние пленяло и казалось опасным.

Непонятно, какого рода была эта опасность – торжество физического превосходства или власть характера, – но она привлекала и соблазняла Варю.

Распрощавшись с коллегами и получив кучу добрых пожеланий, Варя свалила подарки на заднее сиденье машины и достала из багажника тряпку, чтобы протереть боковые стекла. Именно в этот момент рядом возник Ружейников. Он был в расстегнутой дубленке, он него валил пар, пропитанный алкоголем. Варя неожиданно испугалась, потому что у Ружейникова были очень злые глаза.

– Когда-нибудь, Тучина, – выдохнул он ей прямо в лицо, – я объясню, за что тебя ненавижу.

Но не теперь.

Он сделал шаг назад, покачнулся, но все-таки устоял. И пошел, покачиваясь, к калитке. Снег скрипел у него под ногами. Варя так растерялась и расстроилась, что не нашлась с ответом. Некоторое время она бегала вокруг машины и усиленно терла стекла – до скрипа. Чистила щеткой сухой снег, запорошивший крышу и капот. Лишь немного успокоившись, села за руль. И как только выехала со стоянки, сразу же включила радио – на полную катушку. На ее любимой волне Элтон Джон пел что-то проникновенное, и Варю охватила щемящая грусть.

В прошлом году и в позапрошлом тоже она встречала Новый год с Владиком. Они заказывали места в загородном отеле, который организовывал прекрасные новогодние программы, ужинали в ресторане, наслаждались праздником, общим весельем, музыкой, а потом оставались одни в номере, пили шампанское, дурачились, любили друг друга. Горько Варе бывало потом, к вечеру следующего дня, когда Владик, вравший жене про обязательное присутствие на корпоративе, должен был возвращаться. Они разъезжались по домам, и Варя страдала.

У любящих супругов, которые редко видятся, есть общий дом, традиции, а у них не было ничего. Хотя в душе Варя была убеждена, что настоящая любовь, какие бы обстоятельства ни вставали у нее на пути, рано или поздно обязательно должна привести к абсолютной душевной близости. Ей нужен был источник тепла, который согревал бы ее сердце.

Владик ее не понимал. Только теперь стало ясно, что жена оставалась для него тылом, родным гнездышком, из которого он вылетал, чтобы размять крылья.