По праву сильного (СИ)

– К Лешке? Зачем?

– Ну как зачем? Он сегодня выписывается, у него барахла там воз скопилось! А он с клюкой этой, Маша сегодня по разводно-судебным делам бегает до вечера…

Да, мама скорешилась с Машей, которая после того, как отпала надобность прятаться, к Лешке в больницу зачастила. Теперь Маша Николаева – официальная девушка моего брата и почти член семьи.

– И во сколько мне отдадут брата? – я смотрю как лопаются пузыри пены на больших пальцах ног.

– Считай, отдали, Ксюш. Он уже звонил, что его оформляют. Ждет выписку. Самое позднее к двум надо подъехать.

– Ладно, – мямлю я.

Мне не лень и несложно, но гадское настроение снова падает. Даже в днюху опять надо решать какие-то проблемы.

– Ксюш, прости! Там в холодильнике тортик, как ты любишь с безе… Я постараюсь пораньше сбежать, но гарантий никаких.

– Да ладно, мам. Все нормально, я сейчас ускорюсь.

И ускоряюсь.

И естественно, это пагубно влияет на мой внешний вид. Вместо укладки – наспех высушенные волосы, которые приходится заправить в жалкий пучок. Вместо нарядного костюмчика – спортивный костюм. Вместо макияжа – шиш с маслом.

В последний момент только, уже у самой двери, я вспоминаю про свое решение подходить ко всему осознанно, и брызгаюсь духами, стоящими дальше всего от меня.

Но настроение все равно противное.

Одна радость – такси приезжает вовремя.

Зато в больнице оказывается, что я зря торопилась. Заведующая, которая что-то там должна подписать, еще занята, и мы с Лешкой кукуем почти лишний час в ожидании.

Брат сдержанно меня поздравляет, но между нами до сих пор остается напряжение. Маша, конечно, ему нахваливала кумиров его юности, но что-то Лешка ими готов восхищаться только отдельно от меня.

Я уже один разок осадила его, когда он начал поучать меня, с кем мне стоит общаться, а с кем нет. Пока новых попыток он не предпринимает, но по глазам вижу, что разговор еще будет возобновлен. Даже звучало, что он будет теперь приглядывать за моим кругом общения.

Спохватился! И это он еще не знает, что я с Гордеевым спала. И не просто так, а в обмен на помощь. Когда мы с Лешкой повздорили, у меня прям язык чесался сказать, чтоб отвалил со своими нотациями. Я уже Ящеру дала, как только можно. Еле сдержалась.

Вот и сейчас. Я чувствую, что сегодня он не будет меня пилить из-за праздника, а больше ему пока нечего мне сказать. Ну он и уткнулся в телефон. Сердечки Маше шлет.

В общем, к моменту, когда мы подъезжаем к дому, мой настрой где-то в районе плинтуса обретается.

И Лешка еще копается, пока я с тяжеленными сумками дожидаюсь его у подъезда.

– Ну ты чего там залип?

– Да тачка крутая…

– Какая тебе нахрен тачка теперь? Ты еще нескоро за руль сядешь! А я маме пожалуюсь, и она тебе мозг так вынесет, что ты только на трехколесном велосипеде кататься будешь! – пылю я.