Люби меня по-немецки

Все и так прыгают со мной как с хрустальной: Курт, мама, отец, даже Диана, что мне просто захотелось немного свободы от их гиперопеки. Она, конечно, приятна, но дозированно. В очень маленьких дозах…

Бедный Курт, представляю, как Альбина ошарашила его этой новостью.

Словно в подтверждение моих мыслей секретарша тянет мой разрывающийся мобильный.

— Это ваш муж, — и одними губами: — Простите.

С раздражением беру трубку и, игнорируя за спиной споры, куда лучше пристроить мою плаценту, делаю тон как можно более оптимистичным:

— Привет, дорогой. Ты ещё не смотрел матч? Очень интересно, кто же победит.

Ставлю на наших.

— Ульяна! Это ещё что за новости! Почему ты не дома? Ты же обещала! — взволнованно ворчит муж. И хоть он живёт в России уже более двух лет, немецкий акцент остался неизменным.

— Прости, прости! Я просто подумала, что не произойдет ничего страшного, у меня нигде не болело, чувствовала я себя превосходно.

— У тебя срок тридцать девять недель! Что за непослушная женщина! Я уже сажусь в машину, скоро буду. Не рожай без меня.

— Нет! Нет, Курт, не сто́ит! Альбина уже позвонила Вахтангу Давидовичу, да и чувствую я себя уже намного лучше.

Может, мне вообще показалось… — в этот момент ощущаю, как по ногам потекло что-то тёплое. В ужасе смотрю на лужу под подошвами лодочек на низком каблуке и понимаю, что нет, всё-таки не показалось.

У меня отошли воды. На глазах у четырнадцати ошарашенных человек!

— Амазонка? Почему ты молчишь?! С тобой всё в порядке? Ульяна! — обеспокоенно причитает на том конце Курт, а я не могу произнести ни слова, потому что низ живота сковывает очередной болевой спазм.

 — Ульяна! Скажи же уже хоть что-нибудь!

Я сильная, очень сильная! Но единственное, что может произнести сейчас мой рот, это…

Да, как бы я не пыталась делать вид, что всё под контролем, я боюсь так, что поджилки трясутся. Теперь мне уже не кажется, что идея ждать родов дома была хорошей, а поехать на таком сроке на работу — тем более! А теперь я здесь, сижу в мокрой юбке на глазах у всего совета директоров, мой первенец настойчиво пробивает себе дорогу в этот мир, а я совершенно бессильна хоть как-то повлиять на ход событий!

— Так, кто у нас тут рожает? — в конференц-зал бесцеремонно заходят два медбрата в голубом и, не взирая на мои вялые сопротивления, погружают словно немощную на грохочащую каталку.

— Я уже еду, родная! Я скоро буду, отслежу тебя по локации! Будь на связи, слышишь? — доносится из динамиков голос Курта, и это единственное, что придаёт мне сейчас сил.

Как же он был счастлив когда узнал, что скоро у нас будет ребёнок, буквально светился, распланировал каждый год жизни малыша.