Любовное письмо

– Что?! – воскликнула Джоанна, но, заметив его улыбку, покорно вздохнула и протянула ему сверток. – Ладно, от– крывай.

Алек вскрыл посылку и вытащил маленькую коробочку и письмо.

– От кого это? – поинтересовалась Джоанна, продолжая печатать. – Там ничего не тикает?

Алек протянул Джоанне коробочку.

– На, держи. Или хочешь, чтобы я открыл?

– Спасибо, сама справлюсь.

Джоанна сняла крышку и вынула слой ваты, положенный сверху для защиты. Под ним оказался золотой медальон с изящным, филигранным узором на толстой тяжелой цепочке из розового золота. Джоанна осторожно вынула его из коробочки и положила на ладонь.

– Как по мне, Викторианской эпохи. – Алек внимательно рассматривал медальон. – Ценная вещица, особенно эта цепочка. Значит, он принадлежал таинственной Розе.

– Похоже на то. – Джоанна возилась с застежкой, открывающей медальон.

– Рискну предположить, что в нем фотография сэра Джеймса, – заметил Алек.

Джоанне наконец удалось подцепить крышку кончиками пальцев. Она заглянула внутрь, потом вдруг нахмурилась и заметно побледнела.

– Джо, все хорошо? – спросил Алек. – В чем дело?

Когда она в конце концов подняла голову и взглянула на своего начальника, ее карие глаза сияли.

– Я… – Горло перехватило, и Джоанна попыталась немного успокоиться. – Я поняла, Алек. Клянусь Богом, я все поняла.

– Боюсь, я ее потеряла, – вздохнула Моника Берроуз. Сидя за столом напротив Дженкинса, она щелкала ручкой, словно у нее был нервный тик.

– Вечером после работы я проследила за ней до дома, а вчера утром – до Кенсингтона. Она вошла в здание офиса и – хоп! – больше не появилась.

– Возможно, работала там ночью над статьей.

– Так я и подумала. Однако сегодня утром вошла в приемную и попросила о встрече с ней. Мне сказали, что ее нет, заболела.

– Вы заходили к ней домой?

– Конечно. Там никого нет. Не знаю, как она выбралась, мистер Дженкинс, но точно каким-то образом ускользнула.

– Думаю, вы понимаете, что это не слишком хорошо, Берроуз. Изложите все в отчете. Я спущусь, как только поговорю с коллегой.

– Да, сэр. Простите, мистер Дженкинс.

Дождавшись, пока Моника выйдет из кабинета, Лоуренс Дженкинс позвонил на верхний этаж.

– Говорит Дженкинс. Эта Хаслам снова исчезла. Я приставил к ней Берроуз… вы ведь сказали, что нужно просто наблюдать. И прошлым вечером она потеряла объект. Да, сэр, сейчас поднимусь.

Подойдя к окну своей спальни под самой крышей Хейкрофт-хауса, Саймон окинул взглядом раскинувшийся внизу сад. В увитой розами беседке он заметил Зои; запрокинув голову в соломенной шляпке, она подставила милое личико лучам солнца.

Саймон тяжело вздохнул. Они приехали из Лондона два дня назад, поздно вечером, и он сразу поднялся в свою спальню. Последние несколько дней ему пришлось чертовски тяжело.