Мимолётный Альянс

Вы умеете говорить то, за что могут убить, – произносит Полин и выходит за дверь.

Потрясающее добродушие альорцев. Я просто тащусь от него с каждым днём всё сильнее и сильнее.

Хмыкая, переодеваюсь и сама выбираю туфли в тон платью. Желудок болит уже ощутимей. Мне нужна еда. Я люблю поесть и поесть плотно. А надо мной откровенно издеваются.

Оказываясь за дверью, вижу охрану, и они молча спускаются вниз. Я словно прокажённая для всех. Словно я не человек, а самое ужасное существо, но это не так. Они служат ублюдку, который их же и убьёт, когда они станут ему не нужны.

Меня проводят до машины, и я сажусь в неё. Слишком тихо. Я не удивлюсь, если меня везут на расстрел. Такое ведь может быть, верно? Я достаточно уже натворила, высказалась против монархии и открыто плюнула словами в лицо королевы. Так что… обидно, но я буду сильной до конца. Плевать…

Но машина движется по дороге вниз и через некоторое время останавливается прямо перед входом в ресторан. Шокировано смотрю на чёртову красную дорожку. Вспышки фотокамер, репортёры и пресса. Они все здесь. Чёрт.

– Молчите, мадемуазель. Оставьте их вопросы без комментариев. Вас ожидают внутри, – раздаётся приказ охранника.

Конечно, так и сделаю. Ну да…

Мне открывают дверь, и я ослепительно улыбаюсь, вспоминая советы смотреть в сторону или мимо них. На этот раз вспышки не так сильно ослепляют меня, и я могу уверенно идти по дорожке, демонстрируя на камеру свою радость.

– Мадемуазель, можно пару вопросов? – раздаётся откуда-то сбоку.

Киваю и приближаюсь к парню, выставляющему вперёд диктофон.

– Каково это – быть фавориткой принца? Это официальное заявление о ваших отношениях?

– Всегда должна быть тайна, особенно в женщине. Я оставлю это в секрете, скоро вы сами всё узнаете, – мягко отвечаю.

– Вы изменили своё мнение об Альоре?

– Моё мнение останется моим, и оно не менялось. Это удивительная страна. Меня поражает трудолюбие простого народа, ведь я именно из таких обычных работяг. Именно они положительное звено этой истории. А сейчас, прошу извинить меня, – киваю парню и направляюсь в сторону ресторана.

– Вы приехали самой последней! Почему?

Последней? Ну, конечно, как же без этого.

Оборачиваясь, сохраняю дружелюбную улыбку.

Подмигивая всем, прохожу мимо охраны, которая собой закрывает выход, не пропуская внутрь никого.

Ресторан в сравнении с тем, каким я его помню, полностью видоизменился. Столики стоят более компактно. На них благоухают цветы и фрукты, биты современной музыки, наполняют свежий воздух. Я не думала, что у Дина так много приближённых знакомых, но надо заметить, что здесь, действительно, только молодёжь. Все или моего возраста, или Дина. Старые кошёлки гладят свои чепчики дома.