Мрак

Медея вскинула тонкие брови:

– Меня? Неужто я похожа на защитницу престола?

– Волк сразу начнет готовиться к войне, – сказал Мрак. – Да ты и сама знаешь. Но сперва обезопасит себя внутри страны. Ты и для Додона заноза, но тот труслив и ленив, а Волк тут же бросит сюда все войско. Здесь, вблизи с кордоном, и оставит на зимовку. А весной, когда подсохнут дороги, сразу же двинется на Артанию.

– Его побьют, – сказала Медея. – Надо еще миновать земли Руда. А тот сейчас силен как никогда.

– Возможно, – согласился Мрак. – Но что от этого тебе? Руд побьет его на другое лето после истребления твоего народа. Пусть бабьего, но все-таки народа. Ты не увидишь кончины Волка.

Медея покачала головой:

– Волка выгнали взашей. Выставили из детинца как мелкого воришку. Что он может?

– Вернувшись к своим, он подал это так, что местные колдуны все переврали. На колдунов, сама знаешь, свалить можно все. У него достаточно народа, чтобы взять стольный град Куяву. Но сейчас он с небольшим отрядом явился в капище Маржеля. Если будет приносить жертвы сорок дней кряду, то ему обещана победа. Мне сказали ребята Гонты.

– Сорок дней? – переспросила Медея. – А тебе ребята Гонты что за дурацкое имя!.. не сказали, что Волк уже кое-что успел? Даже не дожидаясь конца сорока дней. На первый же день, Маржель в знак того, что принимает жертву, дал знамение. Первый же человек, который с оружием ступит на его землю, доживет лишь до заката солнца.

– А другие? – спросил Мрак тяжело.

– Это было дано Волку в первый же день, – напомнила Медея. – Неизвестно, какие дары получит еще. Но и первого предостаточно… Мало кто не готов погибнуть в бою, но когда знаешь, что обязательно в этот же день погибнет тот, кто ступит на землю Волка первым… А нас от Волка отделяет лишь мелкая речушка, что в это время вовсе пересыхает, превращается в ручей. Курица перейдет на ту сторону, не замочив хвоста.

Мрак представил себе, как целое войско в нерешительности останавливается перед ручьем. Закаленные воины начинают посматривать друг на друга, отводить стыдливые взоры. Никто не хочет перейти ручей первым. Если вторым, то можешь погибнуть еще раньше, но можешь и уцелеть, прожить долгую жизнь среди звона мечей и свиста стрел.

– А когда вошел в то капище?

– Около недели тому, – сказала Медея.

– Если хочешь точнее, то… даже восемь дней.

Мрак стиснул челюсти. Даже если удастся Медею уговорить напасть на Волка первой, то пройдет еще не один день, а то и не одна неделя, пока все войско соберется, выступит. Войну в один день не начинают!

– Я сумел уговорить помочь только Гонту, – сказал он невесело. – Это вожак разбойников…

– Слыхала, – ответила она пренебрежительно. – Даже видела однажды. Лысый хвастун с длинными лапами.