Обладать Кори (ЛП)

Я немного посмотрю телевизор, пока не начнется сумасшествие. Ты же знаешь, обычно после десяти все будто с цепи срываются.

– У миссис Уотсон обезвоживание, – говорю я Джули. – Два литра кислорода и найди ей палату на ближайшие двадцать три часа. И сделай анализ крови на газы у мистера Франка.

– Да, сэр, – отвечает она и спешит выполнить мои указания.

Едва моя задница приземляется на стул за стойкой в приемной ER, как запищала рация.

Я узнаю голос Кори. Эта ночь может оказаться для него чертовски тяжелой.

Мы все бежим готовиться к реанимации, поставив каталку у входа и зарядив дефибриллятор.

Вот так и бывает в ночные смены. Сначала несколько часов скучно до смерти, а потом внезапно будто разверзаются небеса, и не понятно, как вообще можно успеть. Однажды у нас было два огнестрельных ранения и одно ножевое в живот одновременно. Два разных происшествия, и оба с летальным исходом, что для маленького городка невероятно странно.

Едва мы успели подготовить палату, женский голос в рации предупредил:

– Черт, как быстро, – бормочу я стоящей рядом медсестре. – Должно быть, плохо дело.

Значит, это Кори делает СЛР.

Я ловлю себя на том, что представляю, как он это делает, и прикидываю, отлично ли справляется, или же мне придется прожевать его и выплюнуть, как он сказал. Я невесело усмехаюсь про себя. У нас, медиков, нездоровое чувство юмора, которое к тому же появляется в неподходящее время. Издержки профессии.

Двери в скорую открываются, и женщина-фельдшер толкает колесные носилки. Ее имя я не помню, хотя она тут работает давно. Она работает с мешком Амбу [ручной аппарат для вентиляции легких – прим. перев.], соединенным с ларингеальной трубкой [обеспечивает вентиляцию легких – прим.

перев.], плотно прилегающей к задней части глотки, пытаясь одновременно с этим толкать вперед носилки. Кори бежит рядом и делает непрямой массаж сердца. У него вспотело лицо и шея, но, наверное, больше от нервов, нежели от нагрузки.

Встретив их в дверях, я помогаю им втащить носилки в палату реанимации и закрываю штору. В своем воображении я снимаю то, что привык считать своим ледяным щитом, и мой мозг отключается от всего остального, кроме этой задачи: спасти жизнь этому человеку. Кори продолжает делать идеальный непрямой массаж сердца при скорости больше сотни в минуту.

Он как машина, и его мышцы словно сделаны для такой работы. В нем нет ни капли суеты, только отчаянные попытки одного человека заставить другого жить,

Вбегает пульмонолог [специалист респираторной медицины, осуществляет среди прочего искусственную вентиляцию легких – прим. перев.] и подключает мешок Амбу к кислородному флоуметру, [измеряет скорость потока газов – прим. перев.] включает на сто процентов и сама берется за мешок.