Обман чувств

 — А Рис Кондор знает, с какой целью ты выходишь за него замуж? Ведь ты решила ему отомстить, не так ли?

От такого лобового удара у Дианы пресеклось дыхание, она побелела. Она знала, что ее ждет нечто подобное, и отчасти была готова к этому, но все равно слова Дженнет повергли ее в шок. А та, приподняв брови, невозмутимо наблюдала за Дианой, словно это не она произнесла роковые слова.

— Я угадала, верно? — продолжала Дженнет. — Рис, по-видимому, даже понятия не имеет, что супермодель Дивная, его прекрасная Диана, на самом деле Дивиния Ламбет, ведь так? — Она усмехнулась, поняв по мертвенно-бледному лицу Дианы, что попала в точку.

Диана с усилием произнесла:

— Мои отношения с Рисом тебя не касаются…

— О, еще как касаются, — нежно улыбнулась Дженнет. — Видишь ли, в данный момент мне приходится вести довольно грязный бракоразводный процесс… Да, да, я развожусь с Марко, — она горько усмехнулась. — Решилась наконец после стольких лет мучений, нет больше сил терпеть его фокусы. К несчастью, накануне нашей свадьбы, он заставил меня подписать дурацкий контракт, согласно которому в случае развода мне назначается грошовое содержание…

— В таком случае не разводись, — равнодушно посоветовала Диана.

В душе она не переставала удивляться, что Дженнет решилась на такой шаг. Интересно, что же такое мог натворить Марко, если Дженнет согласилась на развод. Насколько ей известно, Дженнет с самого начала их совместной жизни закрывала глаза на все причуды и выходки своего благоверного.

Синие глаза сузились, в них появился холодный блеск.

— Ну, это не так просто объяснить…

— С Марко всегда было непросто, — ответила Диана, брезгливо передернув плечами.

— Да брось, пожалуйста, я вижу, ты опять принялась за свое, — раздраженно оборвала ее Дженнет.

Зеленые глаза девушки потемнели.

— Ты же прекрасно помнишь, что твой милый муженек пытался изнасиловать меня, шестнадцатилетнюю девчонку.

— Ох, Дивиния, не говори чепухи! — отмахнулась Дженнет; и лицо ее стало похожим на маску. — У Марко никогда не было нужды насиловать кого-либо, женщины любых возрастов готовы были выстроиться в очередь, чтобы отдаться такому мужчине!

— Но ведь встречались и такие, кому это могло не понравиться? — предположила Диана.

Воспоминания о том давнем эпизоде причиняли ей почти такую же боль, как и смерть отца. Диана никогда не понимала и не поймет свою мачеху, которая очень странно отреагировала, когда шестнадцатилетняя Дивиния, вырвавшись из похотливых лап Марко, в истерике бросилась к ней.

В тот день Дженнет отдыхала в своей комнате, страдая от очередного приступа «головной боли» — точнее, от похмелья после ночной попойки.