Обращаться с осторожностью

Третий тип выживал, но младенцы могли пострадать от переломов ребер, которые ставили под угрозу жизнь ребенка из-за проблем с дыханием. Костные аномалии дальше только ухудшались. Дети могли никогда не встать на ноги.

На экране появились и другие слова:

Вормиевы кости. Позвоночник трески. Костномозговые стержни.

Невысокий рост — некоторые люди не вырастали выше трех футов.

Сколиоз. Потеря слуха.

Респираторная недостаточность является самой частой причиной смерти, на втором месте — травмы при происшествиях.

Поскольку НО является генетическим заболеванием, лечения не существует.

В случае диагностирования в утробе большинство беременностей прерывается.

Ниже была фотография мертвого младенца со вторым типом НО. Я не мог оторвать взгляда от крючковатых ног, изогнутого тельца. Таким будет наш ребенок? Разве не лучше тогда родиться мертвым?

При этой мысли я зажмурился и стал молиться Господу, чтобы Он не послушал меня. Я бы любил тебя, даже родись ты с семью головами и хвостом. Любил бы тебя, если бы ты никогда не сделала вдоха и не открыла глаз, чтобы посмотреть на меня. Я уже любил тебя, и это не могло прекратиться только из-за проблем с твоими костями.

Я наспех очистил историю поисковика, чтобы Шарлотта не увидела фотографию, когда будет заходить в Интернет, потом тихо поднялся наверх. В темноте разделся и лег в постель рядом с твоей матерью. Когда я обнял ее, она придвинулась ко мне. Я опустил ладонь ей на живот, как раз когда ты толкнулась, будто просила меня не волноваться, не верить ни слову из того, что я прочел.

На следующий день, после очередного УЗИ и рентгена, доктор Джианна Дель Соль встретила нас в своем кабинете, чтобы посвятить в результаты обследования.

— Ультразвуковое обследование показало деминерализованный череп, — объяснила она. — В длине костей три отклонения, они ангулированы и уплотнены, так что видны заживающие переломы и новые. Рентген показал нам более полную картину перелома ребер. Все это указывает на то, что у вашего ребенка несовершенный остеогенез.

Шарлотта взяла меня под руку.

— Опираясь на то, что мы видим многочисленные переломы, можно говорить о втором или третьем типе.

— Один из них хуже другого? — спросила Шарлотта.

Я опустил взгляд, зная ответ.

— Дети второго типа обычно не выживают после родов. Третий имеет значительные отклонения и иногда раннюю смертность.

Шарлотта снова разрыдалась; доктор Дель Соль передала ей коробку салфеток.

— Сейчас сложно сказать, принадлежит ребенок ко второму или третьему типу. Второй тип иногда можно диагностировать на УЗИ на шестнадцатой неделе, третий тип на восемнадцатой. Но все случаи разные, а ваше раннее УЗИ не выявило переломов. В связи с этим мы не можем дать вам совершенно точных прогнозов.