Огромный бриллиант

А потом либо застрянут в деревьях, либо упадут на землю, и животные съедят их и заболеют, что не так уж круто.

Шарлотта та еще сентиментальность. Она любит животных.

— Ясненько, — говорю я, кивая, — Ладно, понял. А пережить массовое убийство трех десятков надоедливых шаров ты сможешь?

Она решительно кивает.

— Это, безусловно, травмирует меня, но я уверена, что смогу пройти через это.

— Закрой уши, — говорю я, а затем достаю из кармана ключи и приступаю к прокалыванию каждого шара. Они издают громкие хлопки, но я не останавливаюсь, и добираюсь до того самого, в форме задницы, пока в моих руках не остается безвольный букет рваной резины.

Такой же, как Брэдли.

Вот и все, что вам нужно знать о том, как Брэдли заработал дополнительные очки для звания мудака. Шарлотта и Брэдли встретились два года назад, потому что жили в одном доме. Начали встречаться, и это казалось чем-то довольно серьезным. Затем приняли решение съехаться, потом решили купить большую квартиру на десятом этаже и обручиться. Все шло довольно гладко, по крайней мере до того дня, когда все было готово для подписания документов на покупку трехкомнатной квартиры, и Брэдли приехал раньше, чтобы — только подумайте — «проверить трубы». Да, это было его реальное оправдание.

Когда приехала Шарлотта с ручкой в руке, то застала Брэдли, трахающего риелтора на кухонном островке.

— Мне никогда не нравилась эта железная стойка, — сказала Шарлотта, и я был так горд за то, как она умела держаться даже в самые сложные моменты.

Конечно, на самом деле, ей было очень плохо. Она любила этого парня. Она плакала на моем плече, рассказывая всю их историю, пытаясь сдерживаться и все такое. Прошло десять месяцев. Брэдли, наконец, порвал с риелторшей и начал кампанию по возвращению Шарлотты.

Отвратительными подарками.

Я выбросил проколотые воздушные шары в мусорный бак на углу.

— Теперь животные в безопасности от его террора.

— Спасибо, — произносит она с облегчением, снимает резинку с запястья и убирает волосы с лица, связывая их в конский хвост. — Это было довольно символично. После того, как ты проколол их, они выглядели довольно жалко.

— Как и Брэдли? — спрашиваю я, приподнимая бровь.

Ее губы изгибаются в крошечной ухмылке. Она пытается не смеяться и прикрывает рот. Шарлотта никогда не любила попусту болтать. Она никогда не делилась деталями своей сексуальной жизни — в любом случае, меня это не интересовало. Хотя она — кремень.

Поэтому тот факт, что она держится молодцом и даже может немного посмеяться над всей этой ситуацией — достижение для нее. Как и для меня. Я парень, и поэтому нахожусь в постоянной конкуренции со всеми мужчинами, так что ничего не могу поделать, но все же чувствую небольшую победу.

Хотя для меня это никогда и не было проблемой.