Полночный соблазн

– Твоя цель достигнута. Соблазн сработал.

Его глаза потемнели, на щеке задергалась мышца.

– Это подвеска? – упавшим голосом спросил Ричард.

– Конечно, это подвеска, – огрызнулась Дженевив. Она вздохнула. Что толку кричать и срываться теперь, когда все кончено? Все, что ей оставалось, – уйти с гордо поднятой головой. Единственная роскошь, которую она могла себе позволить.

– Ты носила ее с собой? – Он покачал головой. – Вот почему никто ее не нашел.

– Ну, твоим людям не повезло.

Его губы изогнулись.

– Не было никаких моих людей. Дженевив, я понимаю, ты не можешь теперь мне верить, но…

– О, это первое твое заявление, с которым я готова согласиться. Да, я не верю ни единому твоему слову.

– Я больше никогда не обману тебя, милая. Я в ответе только за первое вторжение. Я никогда не напал бы на твоего отца и тетю. Я ни за что не причинил бы зла невинным людям из-за какой-то подвески.

– Не причинил бы зла? – Дженевив горько рассмеялась. Горечь и обида жгли ее, словно кислота. Она хотела говорить равнодушно и холодно, но не справлялась с выбранной ролью. Ей было так больно, больно до дурноты.

– У тебя немало причин меня ненавидеть, это так…

– Ого, сэр Ричард, а вы становитесь все откровеннее.

– Да послушай же! Я не собирался обижать тебя или причинять вред!

– Конечно, не собирались, сэр Ричард. Вы просто не думали обо мне, а думали только о себе. – Она вновь протянула ему подвеску. – Забирайте и убирайтесь прочь.

Потрясенный, Ричард смотрел на ее ладонь, дрожащую, неверную. Этот жест, полный презрения, ставил крест на всех его надеждах. Стальная змея в животе еще сильнее сдавила его внутренности.

Она вызывающе вздернула подбородок, изо всех сил стараясь не заплакать. Только не перед ним, не сейчас.

– Забирайте и будьте прокляты!

Неудивительно, что мистер Кристофер Эванс так интересовался ее исследованиями. И хорошо, что он не знает о тех сенсационных выводах, которые она сделала в своей статье. Когда статья увидит свет, она будет отомщена. Смеется тот, кто смеется последним… Не так ли?

Увы, мысль о мести нисколько не умаляла боль предательства. Дженевив хотелось заползти в темный угол и дать волю слезам.

Ричард протянул руку и отвел ее запястье. Казалось бы, у столь отвратительного человека должно быть холодное, неприятное прикосновение, как у жабы. Но его пальцы были теплыми.

– Мне не нужна больше подвеска.

Почему он отказывается взять фамильную реликвию, ради которой задумал свой гадкий план? Или он что-то знает? Мог ли он тайком прочитать ее рукописи? Узнать секрет, который должен взорвать ученый мир столицы?

– Думаю, нужна, – процедила девушка сквозь зубы, буравя Ричарда взглядом.