Сладкий кошмар

— Доброе утро, куколка! Будешь кофе? Омлет уже почти готов…

Ева нерешительно приблизилась к барной стойке, словно обдумывая, как ей поступить. Я же не мог перестать пожирать ее глазами, мечтая проверить, что у нее под футболкой.

— Спасибо, но я, пожалуй, пойду… И так наш вечер затянулся.

Она начала собирать вещи, разбросанные по полу.

— Ну-ка стоп! — подлетел к своей ночной гостье и, с силой сжав ее запястье, развернул ее к себе. Рыжеволосая громко выдохнула, растерянно на меня уставившись. — Ты никуда отсюда ни уйдешь, пока не съешь этот гребанный омлет! — я рывком поднял ее и усадил на стул.

Футболка задралась, открывая моему взору чисто выбритую киску. Щеки девушки вспыхнули, она попыталась натянуть футболку, прикрывая наготу, но я уже увидел достаточно.

Сейчас она строила из себя недотрогу, и это сопротивление только сильнее заводило. Я знал, что от одного взгляда на мой обнаженный торс девчонка уже была влажной, но решил немного помучить непокорную красотку.

— Чего я там не видел? — спокойно отстранился, наливая нам кофе и накладывая омлет.

Мы молча ели, но я не чувствовал вкуса еды: пожирал глазами ее длинные ноги, зная, что рыжая сидит в моей футболке на голое тело.

Ева бросила на меня хитрый взгляд, картинно закинув ногу на ногу. В момент члену стало тесно в штанах. Ведьма. Веков пять назад такую точно спалили бы на костре…

— Горячо! — она указала на кружку с кофе.

— Я думал, ты любишь, когда горячо…

Моя гостья улыбнулась так, что на щеках появились милые ямочки.

— Я люблю, когда… жестко.

Ева сделала глоток из кружки и сладко потянулась, поднимая руки и слегка прогибаясь в спине. Футболка бесстыдно задралась, открывая моему взору сведенные плотно ножки без трусиков.

Она хотела спровоцировать меня, но я решил не поддаваться, хотя соблазн накинуться на нее и оттрахать прямо на стуле, несомненно, был велик.

Мы болтали о каких-то пустяках, жевали омлет и не сводили глаз друг с друга. Мысленно, без слов вели какой-то совсем иной диалог. Я видел, как она легко развела ножки, так что я мог без труда любоваться ее влажной киской.

Затем встала и на цыпочках, слегка выпячивая обнаженную попку, начала убирать посуду со стола. Молча поднялся и подошел к ней вплотную, вдавливая своим мощным телом в деревянную столешницу, прижимаясь стояком к ее голым ягодицам.

— Ну наконец-то додумался…

— Любишь, значит, жестко… — я рассмеялся, стянул штаны вместе с боксерами, задрал ее футболку.

Начал ласкать горячим членом ее влажную дырочку — медленно, чтобы эта избалованная куколка просила меня. Скользил вверх-вниз по ее складкам, касаясь и другой узкой дырки, представляя, как со временем окажусь и там.

— Что? — нагнул Еву и уложил грудью на стол.