Сладкий кошмар

Масштабные компании держали моделей на финансовом поводке, а начинать карьеру с судебных тяжб мне совсем не улыбалось.

Южнокорейский Пхенчан встретил меня прекрасной солнечной погодой. Автомобиль мчал в горы, и под убаюкивающую болтовню отельного гида я любовалась макушками заснеженных вершин. Мой отель находился рядом с Русским домом, в котором каждый вечер чествовали российских спортсменов.

Через несколько часов начинались соревнования фигуристов, а пока у меня было достаточно времени на теплую ванну и отдых после изнуряющего двенадцатичасового перелета.

Меня отпустили всего на полтора дня, поэтому впереди ждал ночной рейс по маршруту Пхенчан — Нью-Йорк.

Почти полтора года я ждала этого момента и теперь не находила слов описать свои эмоции. Я прикрыла глаза, вновь во всех деталях рисуя в воображении образ Алекса. Просто не верилось, что он находится где-то поблизости.

Я сама не заметила, как задремала. Когда открыла глаза, за окном уже стемнело. Игривые солнечные лучи сменились беспробудной мглой. Бросила взгляд на часы — стрелки показывали семь вечера. Неудивительно — в горах всегда рано темнеет.

Соревнования фигуристов шли уже часа два, поэтому пора было выдвигаться. Алекс катался в последней пятерке, его выступление было завершающим. Я заняла свое место на трибуне дворца прямо перед последним блоком. В нем выступали пять сильнейших фигуристов планеты, именно между ними и будут разыграны медали.

По итогам короткой программы Александр Климов шел вторым. Он допустил незначительную помарку, когда входил в лутц, отставая от своего ближайшего конкурента на несколько баллов.

Спортсмен из Испании начал свое выступление. У меня перехватило дух: его яркий костюм, плавные движения рук и ног, звук шороха коньков по льду под мелодичную композицию… все это завораживало! Спортсмены сменялись один за другим, получая высокие оценки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Наконец, в золотистом костюме победителя на лед вышел последний участник. От нарастающего волнения мне стало трудно дышать. Откуда-то сверху металлический голос объявил: «Александр Климов.

Россия». По залу пробежал гул оживленных голосов, как будто все только и ждали его выступления.

Однако первые ноты «Щелкунчика» Чайковского вмиг заглушили посторонние звуки…

Алекс начал плавно скользить по льду, выписывая диковинные узоры, и моя душа наполнилась благоговейным трепетом. Сложные вращения, прыжки, поддержки… Грациозность и смелость, чувственность и сила, невероятный артистизм и непоколебимая уверенность — всем этим был наполнен невероятный прокат моего фигуриста.