Специалист

Возвращались усталые, злые, с потерями. Сержанта несли на носилках, сооруженных из срубленных березок и бронежилетов. Ему вкололи несколько уколов обезболивающего, и он тихонько стонал в полузабытьи.

Там, откуда они пришли, в темноте ночного леса завыл волк.

Страшные результаты «грёмовской операции» вызвали шок как в милицейской среде, так и в средствах массовой информации. О ней написали все питерские газеты, рассказали все телеканалы. И не только питерские — на НТВ прогнали пятидесятисекундный сюжет. В нем операция РУОПа была представлена разгромно.

Необъективность информации была понятна только профессионалам, обыватели возбужденно роптали. Криминальные борзописцы сладострастно перечисляли последствия: шесть трупов в сгоревшем доме, один милиционер убит при штурме, один скончался в реанимации ВМА спустя несколько часов. Взорваны два автомобиля. Обожженные, раненые… перестрелка в лесу за поселком. Что ж это за война такая? Совсем менты мышей не ловят. Да… там ведь еще один хитрый трупик образовался на соседней улице. Заявляют, что он к этому делу никакого отношения не имеет, Как же! Там, по конфиденциальной информации, комитетчики крутились. А от этих правды не дождешься… те еще конспираторы.

В Гремово съехались криминальные репортеры. Поскольку сотрудники милиции и прокуратуры, которых тоже было немало, на вопросы отвечали неохотно, информацию черпали у местных жителей. Дело обрастало слухами. Те немногие ночные зеваки, которые ничего, кроме пожара, не видели, рассказывали, как менты, силами до батальона, обстреливали дом из автоматов и гранатометов. Толик-Швабра упомянул огнемет, но тут ему не поверили.

Чтобы его разговорить, репортер карликового телеканала купил бутылку портвейна. Швабра выпил из горла, сморкнулся почти в камеру и начал свой рассказ. Половина слов в нем была нецензурной, вторая половина — ложь. Вот ее-то, снабдив противным «пи-и» вместо матерщины, и выпустили вечером на телеэкраны. На следующий день капитан Сергеев набьет Толику морду, но — поздно.

Генерал— майору Понедельнику около полудня позвонил заместитель министра. Разговор получился тяжелый, неприятный. Замминистра передал слова Самого: «Обосрались, так хоть подотритесь культурно.

Сам сейчас на ковре У президента. Получает фитиль. Ты, Толя, Думай».

Думай — не думай, а кругом хреново. Невзирая на беспрецедентные меры (по всей территории Всеволожского и Приозерского районов области шел широкомасштабный поиск), задержать преступника пока не удалось. Был бы преступник — был бы козырь, а так… Генерал вызвал представителя по связям с прессой: надо готовить брифинг. Лучше всего — совместно с прокуратурой, пусть они тоже попотеют.