Стань моим завтра

Только вот тишина, висевшая в квартире, казалась слишком громкой. Я не хотела быть одна.

Некоторые привычки – например, всегда все делать самой – стали настолько инстинктивными, что мне даже не приходило в голову задуматься, прежде чем им последовать. Даже когда все заканчивалось тем, что я оставалась совсем одна.

Но мне было плохо от одной мысли о том, что придется переодеваться в нормальную одежду, краситься, ехать на метро и автобусе, когда на улице так холодно, а потом еще сидеть в набитом людьми баре и вести светскую беседу с друзьями Бекетта… Каждый из этих пунктов казался неподъемной задачей.

Я осторожно поставила шарик на стол и поднялась на ноги, чтобы найти ноутбук. Если я закажу еду и одну-две бутылки вина, мне станет легче. И если посмотрю кино.

Я сделала два шага по направлению к чемодану, когда в замке входной двери повернулся ключ.

Вошел Бекетт. Из-под его куртки торчал воротник жуткого ядовито-зеленого свитера, а в руках он нес несколько больших пакетов. Вместе с ним в квартиру ворвались запахи говядины с брокколи, жареной лапши и курицы в апельсиновом соусе.

Мое сердце стукнулось о ребра и треснуло, словно огромное яйцо.

По моим внутренностям заструилось тепло.

Я уперла руку в бедро, пытаясь придать голосу строгость.

– Ты сейчас должен быть в другом месте.

– Ты что, собиралась устроить вечеринку, пока меня нет? – спросил он, ставя сумки на кухонный столик. – Извини, облом.

Я улыбнулась так широко, что заболели щеки.

Бекетт принялся распаковывать китайскую еду.

– Рождественский ужин.

Он запустил руку в другой пакет и извлек оттуда картонную упаковку яичного коктейля и бутылку рома «Капитан Морган».

– А вот и рождественский десерт.

– Ты святой человек, – произнесла я. – Но как же твои друзья?

– Они прекрасно смогут напиться и без меня, – ответил он.

– Они не разозлились?

– Из-за того, что не смогут весь вечер лицезреть этот свитер? Еще как! Но они уже справились с этой потерей.

Он разложил рис, курицу, говядину с брокколи и яичные рулетики по двум тарелкам. Я пялилась на него, пока он не поднял взгляд.

– Ты вроде бы говорила, что хочешь посмотреть какой-то фильм?

– А, да. Давай так и сделаем.

Пока Бекетт занимался едой, я смешала ром с яичным коктейлем.

Мы осторожно устроились на кровати вместе со своими тарелками и ноутбуком, на котором уже была запущена «Реальная любовь».

– Это единственный гениальный рождественский фильм в истории кинематографа, – заявила я. – Лучше его нет ничего.

– Это же девичья мелодрама, да? – с сомнением в голосе уточнил Бекетт.

– Здесь снимался Хью Грант.

Мы ели, смеялись и пили, наблюдая за разнообразными романтическими историями, развивавшимися по мере продолжения фильма.