Старая добрая война

— Но ведь так оно и есть, господин полковник!

— Да нет, выезд на места нашей комиссии доказывает совершенно обратное. Но довольно болтовни, я хочу лично проинспектировать район сосредоточения двадцать третьего батальона бригады.

— Ради бога! Но предупреждаю, это небезопасно.

— Я вас услышал. Предупредите командира батальона о моем приезде.

Бойер повернулся к майору и капитану:

— Перра и Дави, останьтесь здесь и проверьте состояние дел на блокпостах с первого по пятый и далее с седьмого по двенадцатый.

— Слушаюсь, господин полковник, — ответил майор Перра.

Бойер посмотрел на Ляха:

— Попрошу обеспечить беспрепятственный доступ моих офицеров к названным объектам, вам же предлагаю проехать со мной.

— Доступ офицерам комиссии будет обеспечен, а вот с вами, прошу прощения, я проехать не могу. Мое место здесь.

— Хорошо. Это ваше право.

Вскоре два внедорожника «Тойота» пошли к району дислокации двадцать третьего батальона. Полковник Бойер прибыл на блокпост в пять утра. Его встретил лейтенант Щербина, представился.

— Недалеко от вашего поста шел бой. У вас есть что сказать по этому поводу? — спросил Бойер.

— Я могу сказать одно, что в разрушенной деревне Гала недавно действительно шел бой. Он длился недолго. Сейчас там тихо.

— С вашей стороны в буферную зону кто-нибудь входил?

— Никак нет, господин полковник.

Вскоре на пост прибыл и командир батальона майор Сунич. После представления он доложил, что подчиненная ему часть находится у селения Гурная и приведена в состояние повышенной боевой готовности в связи с боестолкновением неизвестных отрядов в деревне Гала и с целью предотвратить прорыв сепаратистов на территорию, контролируемую вооруженными силами Украины.

— Значит, майор, ваши подразделения в бою в Гале участия не принимали?

— Никак нет, господин полковник.

— Что в это время делали ополченцы на противоположном блокпосту?

При слове «ополченцы» Сунич и Щербина переглянулись. Впервые высокий чин миссии ОБСЕ назвал сепаратистов ополченцами.

— Сепаратисты, — на этом слове Сунич сделал ударение, — также были приведены в повышенную боевую готовность.

— Они открывали огонь по буферной зоне?

— Никак нет, господин полковник.

— А с их стороны кто-нибудь выходил в буферную зону?

— Этого нами замечено не было.

— Так кто же, по-вашему, вел бой в самом центре буферной зоны?

— Не могу знать, — ответил Сунич.

— Понятно. Никто ничего не видел, никто ничего не знает, — проговорил Бойер и добавил: — Я хочу осмотреть место дислокации батальона и поговорить с местными жителями деревни Гурная.

— Прошу за моей машиной, здесь недалеко.

За происходящим на шестом блокпосту ВСУ внимательно наблюдали капитан Середин, успевший по-быстрому переодеться, и старший лейтенант Иванов.