Старая добрая война

— А где «разрешите», товарищ курсант?

Роман вспомнил его фамилию, данного типа недавно упоминали на построении БОУПа, казарма которого располагалась напротив торца десятой роты. Ваняткин. Запоминающаяся фамилия.

— В сторону уйди, Ваняткин!

— Какое неуважение к старшему по званию!

— Послушай, старший по званию, мне сейчас не до тебя. И я имею полное право выйти в зону свиданий с гостями, а также в комнату для гостей.

— Только в исключительных случаях с разрешения дежурного КПП, а свободно — пожалуйста, с 20.00.

— Ты, придурок, в рожу захотел? — сквозь зубы процедил Середин. — Так я быстро это организую, и ни один курсант этого, как ни странно, не увидит. Ну что?

Ваняткин смелостью не отличался.

— Ладно, ступай, пользуйся моей добротой.

— Ты бы заткнулся, добряк, а то точно сегодня кто-нибудь тебе настучит по пустой башке, — выходя, бросил через плечо Роман и подошел к девушке: — Привет!

— Привет, ой, а что это у тебя на щеке?

— Ерунда! Пойдем в комнату для посетителей, там сейчас никого нет, поговорим спокойно.

— Пойдем, но у меня мало времени. Отец с утра очень злой, сорвался на меня, мол, учиться надо, а не таскаться по улице. Это я-то таскаюсь? Все бы так таскались.

Середин усадил Алину на стул, сам присел напротив.

— Понять не могу, что с ним произошло? — продолжала она. — Такое ощущение, словно у него крупные неприятности на работе.

— У него неприятности другого рода, Алина. Скажи, почему ты не отвечаешь на мои звонки?

— Глупая история, Рома. Я случайно сломала телефон. Села в кресло, а он там лежал. Ну, и пополам. Вот, — достала она телефон, — новый купила. Сейчас я на связи, номер тот же. Ты звонил мне?

— Ну, извини, Ром, по городскому до тебя не дозвониться, а в школе никто не дал свой телефон, только посмеялись, мол, дочь богатенького Буратино, так моего отца называют одноклассники, и без телефона, когда даже у уборщицы «труба» есть. Я не стала упрашивать, а вечером попросила его у матери. Но и она не дала, сказала, отдохни от этих штучек. У меня еще и ноутбук забрали.

— Да, — проговорил Середин, — твой отец хорошо готовился.

Он рассказал ночную историю.

— Господи, так это у тебя от удара? — воскликнула Алина, показывая на ссадину.

— Ерунда, дружки твоего «женишка» получили гораздо более серьезные повреждения.

— Почему ты называешь Эдика моим женихом? Он мне не жених. У меня есть только ты. Почему ты вымещаешь злость на мне? В чем я виновата? В том, что мой отец не хочет, чтобы мы были вместе?

— Извини, Алина, просто с утра у меня были проблемы. Но все вроде обошлось.

— Я приеду домой и устрою скандал. В конце концов, я взрослый человек и имею право сама решать, с кем быть.

— В том-то и дело, что пока ты ничего сама решить не можешь, — вздохнул Роман.