Старая добрая война

Если Шрамко вернется раньше, пусть ждет на КНП, понял?

— Подразделение поднято по боевой тревоге?

— Все! Развели бардак, переговоры устроили, переговорщики…

Майор Кучеренко бросил трубку, позвонил командиру бригады полковнику Ляху:

— Степан Евдокимович, я выезжаю на шестой блокпост, заодно посмотрю весь участок обороны в районе поста.

— Что за необходимость, Тарас Матвеевич?

— Дисциплина в бригаде слабовата, пан полковник.

— В том, что ваши офицеры, назначаемые на блокпосты, самовольно принимают решения о переговорах с сепаратистами. Более того, организуют эти переговоры, не считая нужным спрашивать об этом разрешения у вышестоящего командования.

— О ком вы говорите, Тарас Матвеевич?

— О капитане Шрамко. В настоящий момент у него встреча с командиром вражеского поста.

— Я разберусь, — взревел полковник, — так разберусь, что Шрамко с комбатом пойдут под трибунал!

— Нет, Степан Евдокимович. Теперь делать ничего не надо. Теперь работать буду я. А вот офицеров бригады, привлекаемых для несения службы на постах, следует строго проинструктировать.

— Обязательно проинструктирую.

— Выезжаю на шестой блокпост.

— Мне готовить замену Шрамко?

— Не надо. Я же сказал, теперь работать и с ним, и с бойцами шестого блокпоста буду лично я.

— Ясно. Возьмите охранение.

— Как-нибудь обойдусь. У нас же перемирие?! — На слове «перемирие» офицер СБУ усмехнулся.

— Тарас Матвеевич?! Вы бы не сообщали наверх о данном случае, — попросил комбриг. — Знаете ли, не хочется лишних неприятностей.

— Понимаю, не беспокойтесь, никому ничего я сообщать не буду.

— Благодарю, я у вас в долгу.

— Заметьте, это сказали вы, пан полковник.

— Что сказано, то сказано. Я за свои слова отвечаю.

— А как же насчет «котла»?

Полгода назад бригада Ляха попала в окружение. Полковник в то время находился в Киеве. И там обещал лично президенту, что выведет соединение из «котла», более того, проведя перегруппировку, нанесет сепаратистам сокрушительное поражение. В итоге бригада была полностью разгромлена. Большая часть техники и сотни пленных оказались в руках ополченцев. Но президент запомнил Ляха, пожурил его и назначил командовать другим соединением.

— Как говорится, Тарас Матвеевич, кто старое помянет… Тогда я просто не успел прибыть в штаб…

— Благодарите Бога, что не успели, — перебил полковника Кучеренко, — а то вместе со штабом оказались бы в плену у сепаратистов. Ладно, закроем эту тему. До связи, Степан Евдокимович.

Офицеры приближались к центру дороги, где через все полотно была проведена жирная белая полоса.

Первым дошел Середин, встал, широко расставив ноги. Когда подошел Шрамко, Роман спросил:

Дмитрий протянул руку.