Свобода выбора

Хотя такие вещи пусть лучше мама тебе объясняет…

Я и так знала, что они хотели мне объяснить!

– «Такие вещи», папочка, по российскому телевидению крутят с утра до вечера! Я давно уже в курсе. И это мое личное дело… – Черт, ну как все сложно! – Это мое личное дело, буду ли я спать с Ронаном Маккормаком или нет!

Все, занавес! Зрительный зал замер с растерянными лицами.

– Мири… – подал голос дед. – Тебе надо успокоиться!

– Я спокойна, как мамонт, потому что они давным-давно все уже вымерли! И я буду встречаться с Ронаном. И с ним, и с магистром Симондом, да хоть с циркачом с Ратушной площади!.

. И вы не сможете мне запретить, потому что я уже выросла и собираюсь распоряжаться собственной жизнью!

– Только через мой труп! – спокойно сказал папа.

– А мы думали, она в магистра Дойла втюрилась! – переглянулись близнецы.

– Я думал, – подал голос дед, – у вас с Иваром все наладится! – это был сын моего крестного Эдара.

– Мири, зачем тебе дракон?! – жалобно произнесла моя мама. – Он не стоит твоих слез! Поверь, и тебя он тоже не стоит… – Не договорила, покачала головой. В ее глазах я прочила приговор.

И вот тогда я завизжала.

Ультразвук – женское оружие массового поражения. Визжала долго и пронзительно, пока в легких не закончился воздух. Все, все против меня! Подскочила, уговаривая себя не впадать в истерику, а сказать спокойно и внятно то, что собиралась.

– Я ухожу! – обвела взглядом свою семью.

Остановилась на папе.

– Правильно! – согласился он. – Отдохни, завтра поговорим.

Но он меня опять не понял! Я собиралась жить собственной жизнью. Изыскать средства – начать зарабатывать, в конце концов! – и идти своим собственным путем.

Я все-таки проснулась, хотя думала, что эта ночь никогда не закончится.

А еще – что не усну, а если уж и уйду в мир сновидений, то не вернусь обратно. Но я все же уснула, ушла и вернулась…

Открыла глаза. Затем долго лежала, разглядывая потолок, вспоминала кошмары вчерашнего вечера. Чего только в нем не было! И разговоры, и уговоры, и заверения, что сейчас не время, вот когда закончу Академию, тогда… Слезы мамы, неожиданная поддержка Инесс, которая сказала, что покинула отчий дом, когда ей стукнуло восемнадцать. Правда, это было триста лет назад.

Близнецы тоже стояли за меня горой.

Поддержали мою идею восторженно, а потом заявили, что уйдут со мной. И вот тогда с мамой случилась нервная истерика, а отец увел меня в кабинет. Я шла за ним, ощущая себя восковой куклой. Эмоции закончились, слезы тоже. Сил не оставалось, но я знала, что в доме родителей не останусь. Уже решила, и обратной дороги нет. Уйду, как только смогу – одна или с братьями – мне все равно!

– Мири, присядь! Поговорим спокойно, – начал отец.

Он откинулся в кресло. Я же сидела, словно на допросе.