Тайна украденной рукописи

– Тише некуда, а предмет большой исторической ценности пропал, – скорбно произнесла домработница-снайпер.

– Окно не трогали? – тут же сообразил Шмельков, каким образом мог проникнуть внутрь дома грабитель.

– Вон только он руками цеплялся, – указала Татьяна Филимоновна на Петьку.

– Так я же не знал, – принялся оправдываться мальчике. – Наталья Владимировна так кричала! Я думал, ее тут вообще убивают.

– Стулом убивают? – изумленно переспросила Коврова-Водкина. – Нет, преступник меня не трогал. Я вообще его не видела.

– Надо бы вам фамильное наследие прятать надежней, – укоряюще покачал головой капитан Шмельков.

– Я росла и воспитывалась с верой в человеческую порядочность! – парировала удар хозяйка дома.

– Ты следы, капитан, посмотри, – тем временем напомнила Филимоновна. – А то вдруг метель начнется. Тогда вообще ничего не отыщешь.

– Ах! – вдруг схватилась за сердце Коврова-Водкина. – Боюсь, мне этой трагедии не пережить.

Анна Константиновна кинулась к ней.

– Валокордина, пожалуйста. Он в буфете, – слабым голосом попросила хозяйка дома.

– Идите. А мы с Татьяной Филимоновной останемся, – распорядилась бабушка Димы и Маши.

Остальные, спешно одевшись, высыпали на улицу. Ночь по-прежнему была тихой. Только теперь еще ярко светила луна. В ее холодном сиянии на глубоком снегу ясно виднелись огромные следы. Они шли в двух направлениях. Из леса к саду. И от окна гостиной обратно в лес.

– Осторожней. Не затопчите! – предупредил капитан Шмельков.

Он извлек из кармана фонарик и двинулся в лесную часть участка. Преступник, похоже, шел, не разбирая дороги. По снегу в лесу были протоптаны две тропинки. Одна к сараю, который стоял возле забора, другая – к калитке, через которую Татьяна Филимоновна ходила лесным путем в магазин – так было гораздо короче. Преступник, однако, почему-то ни тем, ни другим путем не воспользовался. Следы шли прямо через кустарник и петляли по глубокому снегу между елями.

– Старайтесь за мной попадать след в след, – обратился Шмельков к ребятам и сторожу. – Иначе тут так натопчем, что вся картина окончательно смажется.

– Я вообще следовать дальше не буду, – отказался Степаныч. – У меня полуботинки парадные. Портить не хочется. И застудиться боюсь. Ты, капитан, мне после расскажешь.

Он остался. Ребята, конечно, последовали за капитаном. Проваливаясь в снег, они несколько раз падали. Сапоги у всех троих были уже насквозь мокрыми, но они останавливаться не собирались. Вот, наконец, и забор.

– Вот черт! – поводил фонариком в разные стороны капитан.

Ребята вмиг оказались рядом. Алексей Борисович продолжал растерянно оглядываться. Следы отчетливо доходили до забора, и все. На заборе была натянута колючая проволока.