Рукопись антиквара

Убегать было уже поздно, значит, остается только прятаться…

Я метнулась к первой попавшейся двери, открыла ее, скользнула внутрь…

И оказалась в ванной комнате, которая тоже была большая, как и все в этой квартире."

"Передо мной была массивная чугунная ванна на львиных лапах, задернутая голубой пластиковой шторой, по которой были разбросаны изображения парусных кораблей и ветряных мельниц.

Я впрыгнула в ванну, задернула за собой штору и замерла.

Сердце мое билось часто-часто, во рту пересохло.

Я отдышалась – и тут услышала совсем рядом голоса. Слов, к сожалению, было не разобрать.

Оглядевшись, я увидела вентиляционную решетку. Именно оттуда доносились голоса. Как-то у них тут все сложно устроено…

Я встала на цыпочки, прижалась ухом к пластиковой решетке…

Теперь я смогла расслышать голоса.

Разговаривали Бобиков и тот фальшивый господин в позолоченных очках.

– Так от какого вы журнала? – спросил Бобиков.

– Я работаю не в традиционном журнале, – ответил ему гость. – Я работаю в интернет-издании «Голос города». Наше издание ориентируется на читающую аудиторию, на тех, кого интересуют вопросы истории и культуры…

– Это хорошо… мои книги предназначены именно таким людям…

– Да, конечно, поэтому я и хочу с вами побеседовать.

– Вы думаете, им это будет интересно?

– Я уверен. Я знаю, что за основу вашей последней работы вы взяли редкую книгу «Судебные процессы против алхимиков»…

– Ну, название немного другое, но суть от этого не меняется.

– Не меняется, – согласился собеседник писателя и проговорил с нажимом: – Не могли бы вы показать мне эту книгу?

– Показать? А зачем она вам? Ведь вы хотите рассказывать о моих книгах, а не о тех, которые я использовал в своей работе.

– И о них тоже. Наша аудитория интересуется редкими старинными изданиями.

– Неужели? Честно говоря, я не думаю, что такие издания сейчас кого-то интересуют!

– Уверяю вас, очень даже интересуют! Среди наших подписчиков много подлинных библиофилов.

– Да что вы говорите? Кстати, та книга, о которой мы говорим, большая библиографическая редкость. Кроме того, что это вообще редкое издание, ее делает особенно интересной экслибрис…

– Да, я об этом знаю.

– Вот сейчас вы сказали – и я вспомнил… я действительно видел такой же экслибрис на одной книге.

– На какой же?

– Если меня не подводит память, это старинное издание, посвященное нюрнбергским механическим игрушкам.

– И где же вы видели это издание?

– Не могу вспомнить, где я ее видел, но на ней был точно такой же экслибрис.