Том 4. Пожиратели огня (с илл.)

Наконец председатель изрек спасительные слова, нарушившие томительное молчание:

— Мистер Суитмаус, имеете вы еще что-нибудь прибавить к этому сообщению?

— Абсолютно ничего, судья Барнет. Самые факты столь просты, что я считаю излишним давать пояснения и ограничусь только просьбой к присяжным соблаговолить заняться разбором этого дела и вынести свой справедливый приговор!

Наконец и судью Барнета, и присяжных начало удивлять угрюмое молчание защитника, так что они даже прекратили свои занятия.

— Мистер Нойстонг, не находите ли вы нужным сделать какое-нибудь возражение или замечание, прежде чем присяжные удалятся для совещания? — спросил председатель.

— Я уже имел честь заявить суду, — отвечал адвокат, — что решительно ничего не понимаю в этом маленьком трагическом романе, возникшем в воображении моего высокочтимого коллеги; и если он разрешит мне обратиться к нему с несколькими незначительными вопросами, то поймет, с какой непростительной необдуманностью он позволил себе обеспокоить стольких порядочных людей, начиная с вас, судья Барнет, и оторвать их от их полезных занятий!

— Я готов вам отвечать! — воскликнул Суитмаус вызывающим тоном.

— Что вы так смотрите на меня, мистер Суитмаус, точно я один из убитых вашим воображением китайцев?!

— Как, вы осмеливаетесь утверждать…

— Я ничего не утверждаю, мистер Суитмаус. Вы являетесь обвинителем, вы должны и доказать, что ваше обвинение не голословно, представить суду доказательства либо в лице свидетелей, либо в виде подлинных документов, а ваш доклад, смею сказать, не что иное, как вымысел, не имеющий никакого юридического значения!

— Но эти факты известны всем; все газеты опубликовали отчет капитана Джонатана Спайерса своим арматорам, и всеобщее негодование населения Калифорнии было столь велико, что вашего клиента иначе и не называют, как Красный Капитан или, иначе, Кровавый Капитан.

— А у вас имеется этот самый отчет за собственноручной подписью моего клиента и признанный им?

— Нет! Но тождественность этого отчета не подлежит никакому сомнению и не может быть отрицаема.

— В самом деле? А с каких же это пор газетная статья стала считаться неопровержимым документом, на который можно ссылаться в суде?

— Таким образом, ваш клиент отрицает факт, что автором этого отчета является он и никто другой!

— Вы не вправе требовать от капитана Джонатана Спайерса, чтобы он отрицал или признавал то или другое; и если вы вздумаете допрашивать его, то он не станет вам отвечать.