Ты меня предал (СИ)

Семь дней томительного ожидания и неизвестности. Его слова всё ещё эхом звучат в ушах.

Каждый день я, как дурочка, ждала его визита, но он так и не появился. А может, и просто забыл о моём существовании. Время, что я давала себе, истекло. Сегодня состоится моя помолвка. Точнее, официальное обручение меня и Асада. Всё это, конечно, фарс, устроенный отцом для того, чтобы пустить пыль в глаза. Приглашённых тьма. Большую часть я не знаю, остальные скорее массовка.

Отец постарался на славу, ведь единственная дочь выходит замуж. Ненавижу. Всех их ненавижу и себя в том числе. За слабость. За то, что не могу внятно отстоять свою позицию и сказать твёрдое «нет».

Пора одеваться. Эльмира приносит платье. Сама выбирала и очень гордится этим. А я никак не комментирую эту жуткую безвкусицу в нежно-розовом исполнении. Но мне как-то всё равно. Не спорю и надеваю. Лёгкая струящаяся ткань, но неприятно царапает кожу. Широкие рукава сужаются манжетами на запястьях. Пояс в тон очерчивает тонкую талию, от него расходится свободная юбка в пол.

Смотрю в зеркало на это розовое «облако» и шумно выдыхаю. Я похожа на пирожное безе. Ну и плевать. Мысли снова уплывают к Павлу. Точнее, к поцелую. Так ярко и остро чувствую его на своих губах, что щёки вспыхивают от смущения, а в груди порхают крыльями тысячи бабочек. Рефлекторно прикладываю пальцы к губам и мечтательно улыбаюсь. Они до сих пор хранят его неповторимый вкус…

— Не забудь подарок жениха, — грубый голос Эльмиры врывается в мечты и беспощадно уничтожает их.

— Они сюда не подойдут, — сухо констатирую я.

Под это дурацкое платье вообще сложно подобрать аксессуары, да и я не специалист в этом деле. Но то, что массивные золотые серьги не будут смотреться с коктейльным платьем, определить могу.

— Делай, что говорят.

Чувствую себя пленницей в собственном доме. Это сильно раздражает, но я связана по рукам и ногам. Ещё и больное сердце отца. В прошлый раз обошлось, но всегда может случиться новый приступ. Вздыхаю и вдеваю в уши тяжёлые серьги, которые неприятно тянут, но Эльмира смотрит на меня как надзиратель. Снова приходится подчиниться.

— Пойдём, все уже собрались и ждут только тебя.

Недовольно поджимает губы, но выходит. Облегчённо выдыхаю, скидываю неудобные туфли в цвет платья и надеваю старые балетки. Всё равно их не видно, так зачем мучить себя? Добавляю пару капель духов, прохожусь по губам бесцветным блеском и смотрю на своё отражение. Ну точно пирожное.

Едва начинаю спускаться по лестнице, как гости один за другим оборачиваются в мою сторону. Скользят оценивающими взглядами. Становится не по себе, не люблю излишнее внимание к своей персоне. Инстинктивно волнуюсь, столько народа — это такая ответственность. Только бы не облажаться и не опозорить отца.