Рыцарь ночи и Луна

Привыкнув в своей глуши одеваться пусть и достаточно красиво, но в основном – удобно, я очень слабо представляла себе, что носят сейчас при дворе, не будет ли мой туалет выглядеть провинциально и дешево? Кроме того, стоило заняться и одеждой Ольгерда – смотреться бедными родственниками было совершенно не допустимо.

До самого отъезда Ольгерд, как проклятый, проверял и перепроверял все записи и документацию. Не важно, будет ли проверка со стороны канцлера Грето, важно быть к ней готовым днем и ночью.

Канцлер не похож на человека, страдающего излишками милосердия.

И, пусть и не по нашей вине, но с нашим участием, дважды сорвались его планы.

За десять дней до приезда учениц и их родственников, мы выехали в столицу.

Глава 36

Встреча с санги Фастой была тёплой и радостной, но первое, что я сделала – показала ей одежду, в которой мы должны были пойти на приём.

Санги Фаста долго молчала, рассматривая, иногда поднося рукав или подол поближе к глазам и одобрительно хмыкая. И, наконец, вынесла свой вердикт:

— Очень, очень неожиданно! Но совершенно прелестно!

Я с облегчением выдохнула. Собираться на утренний приём я начала часа за три до.

Ольгерда я не трогала, ему было проще – побриться и облачиться в приготовленную одежду. Поэтому он ещё мирно спал, когда горничная санги Фасты пригласила меня в будуар хозяйки – санги собиралась непременно побывать на этом приёме и порадоваться за нас.

Впрочем, для неё такие торжественные приёмы были почти обыденностью, как жена канцлера, она посещала их два, а то и три раза в месяц. Так что весь процесс сборов был отлажен до автоматизма. Сейчас же всё её внимание было сосредоточено на мне – подозреваю, что та переживала за провинциалку.

Волосы, вымытые вчера, расчесали и протёрли шёлковой тканью – для блеска, как объяснила санги Фаста. По поводу причёски возник спор, но я отстояла свой вариант. Высоко на макушке собрали конский хвост, обернув кожаным шнурком несколько раз, так, чтобы он приподнимался над головой на пару сантиметров. Чтобы не видно было грубую кожу, сверху надели аккуратную густо-зелёную бархатку.

Длинный хвост заплели в широкую французскую косу, в которую вплели жемчужины. С самого первого момента в этом мире, как только увидела свои волосы, я поняла, какая красота мне досталась.

И сейчас, перекинув косу через плечо, любовалась в зеркало на сочетание серебристо-белых волос и перламутрово-белого жемчуга. Это было красиво!"

"Платье, которое мне сшили, безусловно отличалось от ярких нарядов придворных дам. Я прекрасно понимала, что уловить все тонкости моды за то время, что есть, я не смогу. Потому пошла от противного. Придуманная мною модель на фоне цветных туалетов санги Фасты смотрелась очень контрастно и необычно.