Рыцарь ночи и Луна

Пожалуй, даже красиво смотрится. У окна – стол и два стула с высокой удобной спинкой. А между рам… Тут у меня даже слеза навернулась от умиления. Очень похоже украшали хаты деревенские и дачи в моем детстве. Даже на моей старой даче в далекие годы клали между рам на зиму большие куски белой ваты и посыпали конфетти.  Так и тут - для утепления напихано какое-то тряпье, покрытое белой тканью, а на ткани – маленькие разноцветные камушки.

Комната действительно не маленькая. Я прикинула – примерно четыре на пять, потолок, конечно, чуть низковат. У дверей – вбитые в стену кованые крюки для одежды и умывальник дачный с маленькой раковиной.

Красивый умывальник, медный, с каким-то черненым орнаментом. Надо же – прямо произведение дачного искусства. В углу – несколько полок с посудой. Самой простой. Два горшка, две больших глубоких миски и три маленьких. В глиняном тяжелом стаканчике с полосками – три ложки, ножик и деревянная поварешка.

Тепло шло от стены, смежной с хозяйской половиной. Здесь, в стене, была сделана странная ниша с таким непонятным уступочком, что я на минуту зависла, не понимая, что это такое.

Потом сообразила, и то, только потому сообразила, что на уступке лежал толстый лист чугуна – плита. Когда хозяйка топит у себя – на этом уступочке можно готовить. Надо же, как придумали!

Еще в комнате стоял большой, немного неуклюжий шкаф-буфет. Пустой, и верхние дверцы глухие, без стекол. Зато на всех полках постелена чистая бумага. Я распахнула нижнюю часть – пожалуй, тут можно будет сложить белье.

Но мне срочно пришлось одеваться – требовался туалет, а он, скорее всего, на улице.

Вечером ко мне с большой миской каши и молоком заглянула вернувшаяся с рынка тетушка Вайра.

Была она вдовой – сын и муж погибли на войне. Воспитывала дочку, довольно балованную девицу пятнадцати лет, которая, почему-то, довольно надменно фыркнула на меня при знакомстве, за что заработала символический подзатыльник от матери и больше не обращала внимания. Девушка, носящая платье горничной, не показалась ей достойной внимания.

- Ой, сегодня в городе-то шуму было! Герольды объявили, что рыцарь-то наш очнулся! Говорят, что уже и встает сам и поправляется после сна-то! Ну, такая радость, такая радость! Сейчас порядок наведет в городе! Раньше-то, при его родителях, разве ж такое безобразие было? – с этой новостью хозяйка навестила меня через три дня.

- Какое безобразие, тетушка Вайда?

- Дак ведь стражу-то ночную вдвое сократили, ночью из дома не выйдешь – как страшно! А налоги-то напротив за последние несколько лет ажно в два раза увеличили! А с купцов как дерут?! Энтот год к нам даже половины не приехало, супротив прежних лет.