Вдвоём (СИ)

Почему «кто-то»? Да потому что моя Олька никогда не обладала таким девчоночьим попискивающим голосом. Как говорит сама любимая дива — её голос — мецесопрано широкого диапазона. Что это — хрен его знает… особенно хрен, проработавший всю жизнь на стройке, но по ощущениям голос жены ничем не отличался от томных ноток девиц из организации «Секс по телефону», а ЭТО, что стало рьяно щупать меня под одеялом, могло карьеру сделать только в школьном туалете криком: «Занято!»

Думаю, не надо говорить, что я соскочил с кровати со скоростью полевого кузнечика?!

Когда показалась голова белокурой красотки, мне вообще стало не до разглядывания нечаянной соседки по кровати.

Нереальность происходящего захлестнула — это понятно, но больше всего меня убило собственное состояние!

«Я — не я! Я — молодой здоровенный мужик!!! Не такой, каким был раньше! Чуть выше и с пышной шевелюрой на башке, но в остальном вроде бы недалеко от собственной былой формы ушёл… Чёрт! Да о чём я!? Какого лысого происходит!?»

Девица что-то настойчиво у меня выспрашивала, а я непрестанно мотал головой, пытаясь проснуться.

— … тебе плохо, любимый? — Перешла с ультразвукового мурлыканья на перепуганный шёпот соседка по койке, пока я настойчиво отрицал действительность. — Может, целителя позвать?

«Целителя»! Точно! Это всё Олька! Совсем заигралась со своими попаданками! Стоп! А тело!? Нееееет… такое даже моей неугомонной, летающей на поводу у своей фантазии жене не подвластно!»

Осмотрительность сделала своё дело.

На все предложения девицы, годящейся мне во внучки, молчаливо кивал, быстро соображая.

«Неужели я умер!? Это такой рай? Или мою душу отправили на перерождение? Почему тогда во взрослое тело этого атлета?! Парень окочурился, что ли?»

Разворачивающуюся действительность воспринимал фоном, так и не рискуя кричать и требовать объяснений от незнакомых мне людей.

«Мне слишком много лет, чтобы так неосмотрительно требовать к себе работников психиатрической клиники! Целители они, или нет, а тыкать в себя всякой хренью я никому не позволю!»

Неимоверно хотелось проснуться. Вернуться под бочок к своей любимой жене и рассказать ей об этом чумном сне!

Целитель, благо всего лишь императорский, заявился спустя двадцать минут.

Заявил, что я чем-то отравился, а ещё, что на мне стоит какой-то эмоциональный блок и предложил его убрать, успешно избавив от тошноты и дерущего ощущения изжоги.

Блондинистая красотка была напугана не на шутку. Немудрено, что она согласилась спасти своего «любимого»… занятно, что моему отказу никто не внял. Завёрнутую в одеяло красотку целитель слушал неукоснительно… примечательно кланяясь в её сторону.