Вторая половина олигарха

Что его надо обязательно лечить, иначе… Денег у нее катастрофически не хватает, и она вынуждена сдавать свою хорошую трехкомнатную квартиру в приличном районе, доставшуюся ей после смерти мужа, а сама жить на окраине в этой, дешевой. Я слушала с самым сочувствующим видом, на какой только была способна. И мне даже не приходилось особо притворяться, мне действительно было жалко эту молодую женщину, на которую свалилось столько несчастий.

– А что же с вашим мужем случилось? Почему он умер? Ведь он, кажется, был совсем молодым?

– Да, – печально-задумчиво сказала Елена, – ему и тридцати тогда не было… Сердце. Так патологоанатом сказал.

– Сердце? В двадцать девять? Странно. И какой же диагноз ему ставили врачи?

– Какие врачи? Какой диагноз? Никто ничего не ставил… Мы и не знали, что у него больное сердце. Он никогда не жаловался. Я с ним почти пять лет прожила и всегда считала, что он совершенно здоров. Да он не чихнул за это время ни разу! У них в родне все здоровые. Да если хотите знать, его дед до сих пор жив, а ему уж, слава богу, девяносто. В деревне живет…

Елена достала из буфета конфеты в маленькой вазочке.

– Нет, нет, спасибо, я не буду, я только чай…

– Богдан, ты что там делаешь? Почему притих? – громко спросила Елена, чтобы сын, находящийся в комнате, услышал ее.

– Мультики смотрю, – донесся голос мальчика.

Женщина лишь рукой махнула:

– Пусть себе смотрит… Так вот я и говорю: не жаловался мой Сергей на сердце никогда. А тут вдруг звонят мне из милиции и говорят: приезжайте, мол, на опознание. Я прямо в шоке была: на какое опознание? Кого опознавать-то? Оказалось, труп моего мужа лежит в морге. Дают мне заключение: инфаркт. Прямо во время езды случился! Вроде как он из-за этого не смог управлять машиной и врезался в бетонное заграждение. На полном ходу…

Женщина тяжело и прерывисто вздохнула. Да уж! Остаться вдовой такой молодой!..

– А вы тогда, кажется, ждали ребенка?

– Ждала. Но, как узнала про смерть мужа, тут сразу и схватки начались. От стресса. И родила я раньше на целых четыре недели. Все говорят, восьмимесячные редко выживают, а мой Богдан выжил. Только теперь вот болезнь такая нехорошая к нему прицепилась…

– Ну, муж-то ваш, я слышала, бизнесменом был. Неужели вам ничего не досталось после его смерти? По закону вам положена доля в его бизнесе.

– У нас положено… всеми и на все!

Елена в сердцах отшвырнула чайную ложку.

– Что? Неужели вы ничего не получили?

– Представьте себе, нет. Никогда не думала, что партнер моего Сергея такой сволочью окажется.

– Как при чем? Думаю, это он состряпал тот липовый договор, по которому доля моего мужа после его смерти переходит партнеру.