Запасной инстинкт

 – Компьютер – это инструмент, как ручка или краски, если вы рисуете красками! Вы же пишете ручкой и не восхищаетесь поминутно, что умеете писать, хотя это большое достижение, конечно! Компьютер все упрощает.

Он глотнул кофе и провозгласил:

– Компьютер составляет алгоритмы моего графического и архитектурного сознания!

Лера смотрела на него во все глаза.

Полина Светлова на этом месте обязательно засмеялась бы, а Лера Грекова не засмеялась, и он вдруг почувствовал себя неловко, как столичный десятиклассник-пижон, припершийся в сельскую школу на лекцию по искусству.

Получилось что-то вроде “эстрадной миниатюры” Аркадия Райкина – закрой рот, дура, я уже все сказал!

Он допил кофе, закурил, ткнул сигаретой в пепельницу, стряхивая пепел, которого не было, переложил левую ногу на правую – все от неловкости.

Лера старательно переваривала только что услышанное, кажется, даже губами шевелила.

– И у вас никто и никогда не спрашивал… диплом?

– Я никогда не был на государевой службе, и мне просто не перед кем отчитаться. Моим клиентам все равно, есть у меня диплом дизайнера или нет.

Их интересует только конечный результат, а результат в моем случае блестящий.

– Вы хвастаетесь? – уточнила Лера.

– Я констатирую факт, – поправил ее Троепольский.

– Федя всегда говорил мне, что без диплома я никому и никогда не буду нужна. Никто не возьмет меня на работу, если не секретаршей или уборщицей, а вы…

– Вы хотите начать собственное дело?

– Не-ет, – перепугалась Лера. – Как я могу?!

– Если не можете, значит, получайте диплом. Начальников, которым наплевать на него, как мне, мало.

Все остальные берут на работу именно дипломы, а не сотрудников. Так что прав Федя. Вам что, не нравится учиться?

– Мне не нравится, что он меня контролирует, – вдруг сказала она с силой, – каждый вздох, каждый шаг! Господи, от этого можно сойти с ума! Я все время прячусь, будто я беглый преступник! Дома мама, а вокруг Федя! Я как в осажденной крепости, понимаете?! Он даже мои телефонные распечатки проверял!

– Зачем? – не понял Троепольский.

– Как зачем?! Чтобы знать, с кем я разговариваю, нет ли у меня подозрительных друзей и подруг! Раньше было не так.

Раньше он был не такой… безумный, это в последнее время началось что-то ужасное.

– Да нет, ну что вы! Ну, может быть, год или около того. Правда, когда я была маленькой, он не так старался, а сейчас что с ним сделалось, кошмар просто!

Он разогнал всех моих приятелей, он проверял всех моих подруг, где я, что я!..

– Мне кажется, что мы с вами имеем в виду двух совершенно разных людей, – сказал Троепольский.