Зацепить 13-го

Она взяла газету и повернула так, чтобы мне было видно.

Продолжая улыбаться, она постучала ногтем по большому цветному снимку, запечатлевшему нас с Шаннон на прошлой неделе, после матча Кубка среди мужских школьных команд.

— Местная газета или национальная?

— Дай мне, — потребовал я, подходя ближе.

Забрав у матери газету, я смотрел на снимок девчонки, которая уже почти два месяца сводит меня с ума.

Выглядела она потрясающе; широко раскрыв глаза, она улыбалась, а я придерживал ее за талию.

Распущенные каштановые волосы развевались на ветру.

Ее макушка упиралась мне в подмышку — такой маленькой она была.

А потом я прочитал подпись, и у меня заколотилось сердце.

Джонни Кавана, 17 лет, вместе со школьной подругой Шаннон Линч празднуют победу Томмен-колледжа над соперниками из Килбега в финальном матче на Кубок среди мужских школьных команд в прошлую пятницу. Кавана привел свою команду к пятой победе подряд, завоевав очередной трофей в своей блистательной карьере и положив конец всем слухам о его травмах. Симпатичная школьница, сияя перед камерами, поздравляет Джонни с победой. На просьбу прокомментировать статус их отношений Кавана ответил вежливым отказом, но не зря говорят, что одна картинка стоит тысячи слов…

— Какая симпатичная девочка, — задумчиво произнесла мама, отвлекая меня от мыслей.

 — Вы вместе смотритесь совершенно замечательно.

— Мам, ничего подобного, — пробормотал я, прекрасно понимая, на что она намекает. — Она просто друг.

— Тебя часто фотографировали с друзьями, но таких, как она, я еще не видела, — поддела мама. — Радость моя, снимок получился просто великолепным. Должно быть, редактор был того же мнения, раз отдал тебе целую страницу.

— На прошлой неделе мы играли финальный матч за кубок, — отмахнулся я, продолжая поедать глазами снимок. — Мы победили. Это большое событие. Я капитан школьной команды, потому мне и отдали целую страницу.

— Я счастлива за тебя, дорогой, — восторженно произнесла мама. — И как же ее зовут?

— И это ее имя, — бесстрастным тоном ответил я.

— А что-нибудь еще мне можно узнать?

— А что еще ты хочешь? — Я стал заводиться. — Я же тебе сказал: она просто друг.

— Просто друг, — язвительно повторила мама. — Разумеется, а я тогда — непорочная Дева Мария.

— Умоляю, только не рассказывай мне о своей непорочности, — простонал я.

— Почему? — удивилась мама. — Предпочитаешь поговорить о твоей?

Сунув газету под мышку, я пошел к двери, изо всех сил стараясь не хромать.

— Отдай мне газету, — со смехом попросила мама. — Я хочу вырезать снимок и повесить в рамке.

— Ну уж нет, — сердито бросил я.

Войдя к себе, я щелкнул задвижкой, бросил газету на кровать и отправился в ванную, примыкавшую к моей комнате.

Раздевшись, я включил душ и вошел в кабину.