Зацепить 13-го

Джонни повел меня по длинному коридору, который заканчивался вестибюлем с большими арками по обеим сторонам, ведущими неизвестно куда.

Я плотно сжимала губы, чтобы не отвалилась нижняя челюсть. Центральную часть вестибюля занимала огромная лестница с деревянными перилами и изумительно красивыми балясинами, каждую из которых венчала резная львиная голова.

Лестница уходила на второй этаж, где ее перила смыкались с перилами лестничной площадки.

— Это старый дом, — пояснил Джонни. — Ему лет сто пятьдесят или даже больше. — Вид у самого Джонни почему-то был смущенным.

 — Когда мы его купили, мама не захотела сильно менять изначальный дизайн. Мы отремонтировали большинство комнат и сделали новую кухню, но мама решила оставить некоторые старые части дома. — Он пожал плечами. — Она говорит, у него есть характер или что-то в этом роде.

— Твоя мама права, — сказала я, озираясь по сторонам и разглядывая до нелепости высокие потолки и хрустальные люстры. — Наверное, весь наш дом влез бы в этот холл.

— Джонни! — донеслось из арки слева. Я узнала голос Гибси. — Хавчик готов.

— Есть хочешь? — спросил Джонни, ведя меня по длинному коридору с дверью в конце.

 — Гибси не успокоится, пока не слопает все, что в холодильнике.

Я покачала головой и обхватила свои плечи, защищаясь неведомо от кого.

— Что-то не хочется.

Джонни толкнул дверь, и мы окунулись в яркий кухонный свет и аромат жарящихся колбасок.

— А вот и крошка Шаннон, — радостно сказал Гибси, отворачиваясь от здоровенной газовой плиты и помахивая мне кулинарной лопаткой. — Это Джонни уговорил тебя пойти в дом или ты пришла на запах моих офигенных кулинарных шедевров?

— Дождь, — промямлила я и зябко передернула плечами, чувствуя, как сырость от одежды распространяется по коже.

— И это охеренно, Линчи. — Со сковородкой в руке Гибси прошел к кухонному столу и вывалил яичницу на тарелку моего брата. — Мне нравится быть мужчиной.

Джоуи потянулся к заварочному чайнику, накрытому салфеткой, налил две чашки чая и качнул чайником в нашу сторону.

— Шан, Кав, как насчет чайку?

Это было типично для Джоуи. Подружиться с кем-то ему было не сложнее, чем щелкнуть пальцами.

Во мне вдруг вспыхнула зависть и обида: несправедливо, что брату живется так легко.

Но зависть быстро смылась мощным цунами вины.

Джоуи жилось совсем не легко.

Просто он умел извлекать из каждой ситуации максимум возможного.

А в остальном он старался выжить, как все мы.

— Тебе дать полотенце? — тихо предложил Джонни, оглядывая меня с ног до головы. — С тебя прям течет.

— Господи боже! — рявкнул Джоуи так, что я вздрогнула. — Во имя всего святого, что с тобой случилось?

Опустив чайник на столешницу, он подошел ко мне.

Наклонившись ближе, принюхался и отпрянул.