Живые

Она еле-еле справлялась с желанием повернуться и бежать отсюда. Бежать без оглядки. Эта мысль буквально сверлила мозг. Пока не поздно, надо сматываться. Пока не поздно…

Широкий коридор вывел к открытым дверям ангара. Створки были опущены до самого пола, от них тянуло холодом, изнутри доносились странные звуки. То ли тихое бормотание, то ли сопение.

Все трое остановились, Коля оглянулся и велел:

– Я первый зайду. После Эмма.

Бледная полоса света поползла по полу и выхватила из темноты нечто странное. В первый момент Эмма даже не сразу поняла, что это такое. Свернувшись клубком, на полу дремали какие-то создания. Большие, больше человеческого роста, невероятно костлявые и совершенно голые. Они напоминали собак – точно так же торчали ребра, чуть покрытые редкой шерстью, точно так же выгибались спины. Но, присмотревшись, Эмма вдруг поняла, что это не собаки. У неизвестных созданий были круглые головы с немного выдвинутой вперед нижней челюстью, широко посаженные и едва прикрытые веками глаза и маленькие, приплюснутые носы. Челюсть казалась самой значительной частью лица. И еще довольно большие уши, расположенные по бокам головы, точно так же, как у людей.

Эмма не успела сказать ни слова, как фонарик в руках Коли поднялся вверх и осветил трем ребятам целый зал, полный спящих животных.

– Один, второй, третий… – тихо проговорил Коля, – вот в кого должен был превратиться Крендель.

Колькины слова громким выстрелом прозвучали в голове Эммы. Ну конечно! Серая кожа, веки без ресниц, рот, лишенный губ… Это очень похоже на первые симптомы болезни… Значит, все взрослые превратились в монстров? И теперь они, дети, тоже в них превращаются? Поэтому роботы убивали всех подросших? Чтобы не стали зверями?

– Они здесь, – тихо произнесла Эмма и почувствовала, как внутри огромной дырой расползся ужас.

– Ничего себе, – тихо пробормотал Вовик и вдруг оступился.

Видимо, что-то попало ему под ноги, он свалился вниз и заорал диким голосом.

Колька тут же ринулся к мальку и зажал ему рот. Но было уже поздно. Ближайшее к ним животное подняло веки и уставилось на Эмму черными глазами без белков. Оно просто вперило в нее взгляд, точно прилипло. Не моргало, не двигалось.

– Бежим! – приказал Колька и дернул Эмму за руку.

Все трое припустили по коридору, громко топая ногами и чувствуя, как ужас замедляет шаги и выворачивает внутренности наизнанку. Только бы выбраться отсюда! Только бы выбраться…

Пронеслись мимо какие-то повороты и развилки. Двери, трубы. Свет от Колькиного фонарика плясал в припадке безумного страха, выдирая из темноты куски коридоров. Где же выход? Неужели они так далеко забрались?

– Куда теперь? – еле пропыхтела Эмма, оглянувшись.

Колька держался за ней, словно прикрывая.