Живые

Как у Кренделя, например. Или смерть – как у Валька.

– Что? – Маша отстранилась, оглянулась зачем-то на Ромика и Кристинку.

– Не изменяются только те, кто любят. Если не умеешь любить – ты фрик. Рано или поздно. Машка любит мальков, Нитка любит Валька, Катька любила Илью, а он ее. Любовь – вот то, что делает нас людьми, – подытожила Таис.

– Это какой-то бред.

– Согласен, – устало кивнул Федор, повернулся к Нитке и произнес с еле заметной нежностью в голосе: – Ты все равно можешь любить Валька. И помнить его таким, каким он был. Любить и не забывать. Никого нельзя забывать, даже Кренделя. Неважно, кого мы любим: родителей, друзей, братьев, сестер. Важно, что мы умеем любить. Это сохранит от болезни. Мы сейчас были на Втором уровне, и Моаг сейчас за нас. Он помогает нам, потому что программы уничтожения – это программы от Гильдии. Их выполняют только пятнадцатые. А у Моага одна главная программа – сохранять детей. И от фриков, которых выпустили Эмма и Колючий.

Таис не стала слушать рассказ Федора. Ее уже тошнило и от фриков, и от страшных историй о прошлом станции. Она прошла в их с Федором спальню, опустилась на кровать. Вдохнула знакомые запахи, поежилась. Как тут все-таки холодно. Вот почему на Нижнем уровне поддерживалась невысокая температура. Для того чтобы фрики находились в спячке. Что ж, надо будет и дальше так поступать. Пусть себе спят. Может, даже видят сны. Они не сумели сохранить любовь, и это обернулось для них большой бедой.

А теперь их дети пытаются выжить. Просто пытаются выжить. Так что без обид, дорогие родители. Без обид…

Таис не заметила, как уснула. Или это был не сон, а наваждение. Она так и не поняла. Просто увидела вновь, как раздвигаются железные створки двери. Бесшумно и медленно. Как появляется за ними кромешный мрак. И поняла, что ей надо идти в этот мрак. Одной. Она сама должна пройти через это, и никто не сможет помочь. И вот эти разводы на стенах – это следы засохшей крови. Людской крови. Крови их предков…

Проснувшись, она проговорила сама для себя, прошептала еле слышно:

– Скоро последняя охота. Нам придется войти в эти двери…

Прозрачные беспроводные капельки-наушники, в которых был встроен и микрофон, казались немного теплыми благодаря особому составу резины, из которой были сделаны. Таис достались смешные, девчачьи, с вкраплением в резину еле заметных блесток. Крохотный чип наушника был едва различим.

Мартин пояснял, что связь друг с другом у них будет через эти наушники. А связи с Моагом не будет, потому что уровень доступа электросигналов блокируется благодаря тому самому чипу, который дети подземелья когда-то встроили в один из серверов на Верхнем уровне. Вытаскивать его уже не было времени.