Злодейский путь!.. [том 7-8]

— Аннис не должна была пострадать, это была случайность. Но этого бы не произошло, если бы меня не было рядом, — самоуничижительно продолжил Шен.

— И вы еще смеете называть себя ее учителем? — сдерживая ярость, произнесла Се Сиаль.

Глаза Шена потрясенно расширились. Он перевел на Аннис взгляд, с недоверием осознавая, что за один день лишится обоих своих учеников.

«Вы никакой не учитель!»

Почему эти слова так болезненно ударили по нему? Он ведь сам всегда признавал, что не учитель, не умеет быть учителем, учительство — это вынужденная мера, это не его выбор. И все же почему так больно и обидно было услышать это от Ала? Почему так тоскливо осознавать, что его вынуждают отказаться от Аннис сейчас?

Он никогда не относился к своему учительскому статусу с должным вниманием.

Он лишь делал вид, что является учителем. Это честно, что окружающие в конце концов разглядели его неловкий обман.

— Я прошу прощения. Я…

— Хватит! — оборвала его Се Сиаль. — Моя дочь больше не является вашей ученицей, я этого не позволю! Ноги ее не будет на пике Черного лотоса! А теперь прошу вас немедленно удалиться.

— Старейшина Се… — начал Шен, делая шаг вперед.

Се Сиаль вскинула вперед руку с зачехленным мечом.

— Хватит! Я вас предупреждаю: еще шаг — и будете иметь дело со мной.

— Вы собираетесь защищать ее от меня? — недоуменно уточнил Шен.

— Вы единственный сейчас представляете опасность для моей дочери!

Взгляд Шена похолодел, а сам он превратился в высокомерного хозяина Проклятого пика.

— Вы не желаете выслушать объяснения? — холодно спросил он.

— Моя дочь на грани жизни и смерти. Вы ее не уберегли. Больше мне не нужны ваши объяснения!

Шен выдохнул и поклонился, а затем развернулся и быстро зашагал прочь из кабинета старейшины Зага.

Выйдя в коридор, он обессиленно прислонился к стене.

Муан кивнул Се Сиаль и пошел вслед за Шеном, а Ал так ловко слился с окружающим пространством, что старейшина Се не обратила на него никакого внимания.

Муан вышел в коридор в тот момент, когда Шен стал медленно оседать по стеночке.

— Не падай. — Он удержал его за плечо.

Шен перевел на того взгляд.

— Я хочу побыть один, — чуть отстранившись, произнес он.

— Я просто… — старейшина пика Черного лотоса прикрыл глаза, его брови нахмурились и сошлись к переносице.

 — Просто я… Я так устал…

Муан внезапно осознал, что тот с трудом сдерживается. И это вовсе не от боли или пережитого испытания с ядом, он так расстроен из-за произошедшего только что с Се Сиаль. Или это стало последней каплей…

— Послушай, она сказала это сгоряча. Она изменит свое мнение, когда узнает, что именно произошло.

Шен, казалось, не услышал его слов. Он стоял, прислонившись к стене и прикрыв глаза.

— Ты тоже был не прав, — продолжил Муан.