Альянс Нерушимый

Поэтому кайзеру Вильгельму следует обещать вечный мир, а также полную индифферентность к его экспансии за пределами Европейского континента, где-нибудь подальше от российских границ. И готовиться, готовиться к грядущим испытаниям, ибо сила страха перед наказанием у европейской сволочи обратно пропорциональна времени, прошедшему с момента последней порки.

В результате я покинул Зимний дворец, имея на руках бумагу, гарантирующую мне всяческое содействие, а трем добровольцам — возможность или перейти на мою службу навсегда, или испросить длительный отпуск со службы по личным обстоятельствам.

Примерно на том же основании русские офицеры-отпускники несколько лет назад ехали на войну в Трансвааль пострелять в британских солдат и получить незаменимый боевой опыт. Без такого документа заявляться в Порт-Артур было просто неприлично, ибо господа офицеры — люди подневольные, действующие во исполнение присяги, принесенной правящему монарху, и без высочайшего разрешения ни один из них не согласится перейти на мою службу. Три офицера мне были нужны потому, что в командире нуждалась не только Лилу, но и два других «Длинных Меча» Маре и Амила. Маре для Кораблей была средних лет, а Амила — совсем молоденькая, она лишь недавно вышла с верфи.

Объявившись в Артуре, прямо в штабе отряда, я поздоровался с Николаем Оттовичем и показал ему свою страшную бумагу-вездеход.

— Ну прямо как у Дюма, — усмехнулся адмирал, прочитав распоряжение своего императора. — Карт-бланш, однако. И еще хочется спросить, неужели у вас где-то завелся морской флот, раз вам так срочно понадобились наши господа офицеры с опытом, надо сказать, не самой удачной войны?

— Флот завелся, — ответил я, — только не морской, а космический.

И хоть моя флагманская боевая единица укомплектована уже обученной командой по штату, не столь давно я выиграл одно сражение и взял неплохие трофеи, включающие три дальних рейдера типа «Длинный меч», которые вводить в строй надо чем скорее, тем лучше. При этом офицеры мне нужны не абы какие, а только отчаянные храбрецы и забияки, при этом бессемейные и не имеющие возможности продвинуться по службе, а потому находящиеся перед перспективой отставки по возрасту и одинокой старости. Стреляются при таких обстоятельствах ваши господа офицеры, только успевай хоронить. И вообще, не все люди, хлебнувшие военного лиха и приохотившиеся к чувству опасности, могут потом вернуться к мирной жизни. А у меня впереди вечный бой, и покой мне будет только сниться.

— Значит, так, Сергей Сергеевич, — сказал фон Эссен, немного подумав, — есть у нас такие господа офицеры, куда ж без них.