Четвертый муж не нужен

Копалась в себе, задавала вопросы своей внутренней женщине, но она говорила со мной неохотно. Вспомнила метафору, которую слышала от многодетной женщины. Мне было интересно, одинаково ли мать любит своих детей. Диалог был у нас примерно такой:

— Если ты порежешь указательный палец, тебе будет больно?

— А если порежешь безымянный палец, то будет не так больно?

— Думаю, все так же больно.

— Вот и с детьми так же. Душа болит за каждого, а сердце любит одинаково.

Прокрученные воспоминания заставили подумать о нынешнем своем положении. И я поняла, что если у меня отнимут одного из мужчин, будет очень больно, и одинаково больно, независимо от того, о ком речь.

Я уже люблю их всех. А может это чувство собственности взыграло…

Перед сном хотелось пойти в спальню каждого Лоса, понежиться на мужской груди, но я сдержалась. Испытываю их и себя заодно. Зато сама уснула счастливой. Обида прошла, я пришла к выводу, что они меня тоже любят, а это самое главное.

Утром с нижнего этажа послышался шум, и я быстренько соорудила себе скромное платье до голеней, выпорхнула из комнаты, побежала вниз. На подходе к столовой услышала мужской разговор на повышенных тонах.

Обвиняют друг друга, злятся, решают, что делать дальше.

Я вошла в дверь, остановилась, рассматриваю своих красавцев. Один сидит за столом, голову придерживают руки, второй лежит на кушетке с обреченным видом, третий сидит на подоконнике, глядя в одну точку за окном.

— Доброе утро, мальчики, — лепечу шелковым голоском. В отражении стеклянного шкафа вижу себя и невольно любуюсь. Я сейчас как ангелок, маленькая, хрупкая, в длинном платьице из шелка, волосы роскошно вьются, прикрывают плечи и груди.

— Талья, — подскочили все разом, хотя и несколько секунд медлили, будто не верили, что я действительно пришла.

 — Прости нас, — молят хором, обступая со всех сторон. Только подумала, что забавно будет, если они еще и на колени станут, как они дружно опустились передо мной, смотрят снизу просящими глазами, несмело берут за руки.

Сбылась мечта идиотки.

— Встаньте, мальчики, я уже не обижаюсь. Но хочу попросить вас больше не устраивать мне такие проверки. Давайте обсуждать все на берегу, чтобы не было волнений на корабле. Хорошо?

— Да, Талья, прости нас, — целуют по очереди мои руки, а мне щекотно.

Напряжение спало, я почувствовала, что у каждого с души упал тяжкий камень, и самой стало приятнее, будто воздух стал чище. Позавтракали с улыбками и милым разговором. Я в центре внимания, даже усадили меня во главе стола на прежнее место Лоса, наконец-то сижу ближе к ним и радуюсь этой мелочи. По очереди прикасаются ко мне, то к руке, то к плечу, то к волосам. Ощущаю себя любимой.

— Талья, мы тут подумали… — начал старший.

— Сделаем все, что ты захочешь, — продолжает средний.