Дом Солнц

 — Но мы очень благодарны вам за этот благородный жест.

— Идите же! — обратилась Джиндабин к прибывшим ранее шаттерлингам. — Возрадуйтесь встрече, пусть даже сквозь слезы.

— Магистрат, — окликнула Портулак, прежде чем мы шагнули навстречу другим Горечавкам, — пока вы не заблокировали транс… Прошу, не сочтите за дерзость…

Я ощетинился, сообразив, о чем она сейчас спросит.

— Портулак, — прошипел я, — не сейчас!

— В чем дело, шаттерлинг?

— Я услышала про Невму и сразу заинтересовалась Фантомом Воздуха…

— Так же как и большинство наших гостей. — Тон Джиндабин стал чуть настороженным. — Что бы было с нашей экономикой, если бы не ваше любопытство?

— Очень хотелось бы… встретиться с Фантомом. Вступить в контакт любым способом.

Ни один мускул не дрогнул на лице Джиндабин, но буквально на миг непроницаемо-вежливая маска исчезла, обнажив звенящее напряжение.

— В архиве планеты хранится множество данных — наблюдения и критический анализ, — восходящих к Дару Небес. Надеюсь, вы удовлетворите свое любопытство. Кроме того, у вас будет возможность встретиться и с теми, кто изучает Фантом, и с теми, кто ему поклоняется.

— Меня интересует сам Фантом, а не документация, — заявила Портулак.

— Но пока мы с огромным удовольствием ознакомимся с архивом, — вмешался я. — Магистрат, вы очень любезны, что предоставляете нам доступ к своим материалам. Обещаю, мы в долгу не останемся.

Портулак обожгла меня свирепым взглядом.

— Обычно за пользование архивом взимается плата, — проговорила Джиндабин. — Дары и энергия — огромное подспорье для Невмы. Но приютить друзей из Линии Горечавки — большая честь для нас, так что об оплате речи нет.

— Благодарю вас, — проговорил Аконит, молчавший с самой высадки. Они с Волчник держали дистанцию, и теперь никто не принял бы их за любовников.

Тут заговорил Чистец. Со стороны показалось, что слова Аконита — условный сигнал для него.

— С позволения магистрата хочу поприветствовать шаттерлингов, присоединившихся к нам! Лихнис и Портулак, Аконит и Волчник, а также Люцерна, Донник и Маун, оставшиеся на шаттле, — на такое счастье мы и не надеялись.

Шаттерлинги радостно закричали, захлопали в ладоши. Я поднял руку в знак приветствия. Героем-победителем я себя не чувствовал, но не отреагировать не мог.

Портулак вежливо улыбнулась и тоже приветственно подняла руку.

— Очень рада, что уцелело столько шаттерлингов, — начала она. — В минуты отчаяния мне казалось, что никому, кроме нас, сюда не добраться. Видеть вас — счастье, самое настоящее счастье.

Не считая Чистеца, на Невме оказалось сорок четыре шаттерлинга. Кого-то я заметил не сразу, но мало-помалу узнавал выживших. Вон хрупкая Минуарция — она все такая же красавица с голубоватыми, как снег под луной, волосами.