Дорога скорби

В его голосе слышалось торжество, которое я счел оправданным.

– Ну тогда давай дальше, – сказал я. – Что за надпись?

– А вы не собираетесь сказать "хорошая работа"?

– Хорошая работа. Так какая надпись?

– "АСМ". Буквы были вырезаны в красном круге. Дырки, не напечатанные буквы.

Он был не уверен, что я понял, о чем речь.

– Понятно, – утешил я его.

Я вернулся в лечебницу, чтобы отыскать Билла и спросить, когда он купил свой "Рейнджровер".

– Наш местный гараж взял его в одной оксфордской фирме.

– А что означает "АСМ"?

– Бога я спросить не могу. Как называется эта фирма в Оксфорде?

Он рассмеялся и задумался.

– "Английские спортивные машины". Господи Боже, "АСМ"!

– Ты можешь мне назвать хоть одно имя? С кем вы вели дела?

– Послушай, Сид, – нетерпеливо сказал он. – Я пытаюсь помыться, чтобы пришить жеребцу ногу обратно.

– А я пытаюсь поймать скотину, которая эту ногу отрезала. И не исключено, что он ездит в "Лендровере", проданном "Английскими спортивными машинами".

– Господи, – сказал он, широко раскрыв глаза, и бросился в помещение, которое оказалось регистратурой лечебницы и где полно было ящиков с карточками.

– Тед Джеймс может тебе помочь. Я заплачу ему. Он вел дела непосредственно с Оксфордом. Тебе нужно спросить Теда Джеймса.

Я поблагодарил его, забрал Джонатана, поехал в Ламборн и нашел Теда Джеймса, который, судя по всему, был готов на многое ради хорошего клиента, такого, как Билл Раскин.

– Нет проблем, – заверил он меня. – Спросите в Оксфорде Роджера Брука. Хотите, я ему позвоню?

После короткого разговора по телефону он сообщил:

– Он занят. В субботу всегда много покупателей. Но вам он поможет, если это ненадолго.

Утро оказалось бесконечным. Было еще только одиннадцать часов, когда я беседовал с Роджером Бруком, бочкообразным, гладким и самодовольным человеком, в устланном коврами офисе "Английских спортивных машин".

Роджер Брук скривил губы и покачал головой – не в правилах фирмы давать информацию о покупателях.

Я с сожалением сказал:

– Я не хочу беспокоить полицию...

– И, конечно, за труды положено вознаграждение.

Вознаграждение – это куда респектабельней, чем взятка. За свою жизнь я раздал немало вознаграждений. По счастью, оказалось, что красный дракон на наклейке каждый год немного другой – он улучшается с течением времени, видите ли.

Я привел Джонатана, чтобы Роджер Брук показал ему старые и новые наклейки, и Джонатан уверенно указал на одну из них. Брук сказал, что это прошлогодняя наклейка.

– Великолепно, – удовлетворенно сказал я. – Сколько голубых "Лендроверов" вы продали в том году? Я имею в виду имена настоящих покупателей, а не посредников вроде Теда Джеймса.

Воцарившееся молчание потребовало вознаграждения побольше.

Мисс Денвер помогла с компьютерной распечаткой.