Друзья или любовники? (СИ)

— Много будешь знать — слюной захлебнёшься, — пошутила я, погрозив Корнееву ложкой, и тоже улыбнулась. Выглядел бывший одноклассник уже почти нормально, как живой человек, а не бородатое умертвие. Вот поест — и вообще приободрится. Глядишь, и расскажет, что у него случилось.

— А где сейчас твоя мама? — поинтересовался Яр и откровенно облизнулся, глядя себе в тарелку, куда я выкладывала все вкусности. Так, ещё соус. И огурцы порезанные. Не его маринованные, из банки, а вполне свежие, луховицкие. Я такие огурцы очень люблю, они самые лучшие — и сладкие, и хрустящие.

— Мама-то? — протянула я, стараясь не отвлекаться, чтобы ничего не забыть и не перепутать. Рис, стейк, соус, огурцы… Ага, ещё компот же! — Да как обычно — путешествует.

— Это я понял. А где?

— Ну сейчас она в Ярославле, через недельку, говорит, в Кострому отправится. А отец на даче в Подмосковье.

Родители у меня — люди своеобразные. Мама всю жизнь мечтала путешествовать, а папе, наоборот, этого совсем не надо — лишь бы на одном месте сидеть и картошку сажать. Любит он сад-огород, а мама наоборот. Вот после выхода на пенсию и решили, что хватит себя ограничивать, поэтому теперь мама ездит по городам и весям, а папа живёт на даче.

Главное, что все довольны.

— А за границу она по-прежнему не хочет?

— Хотеть-то она хочет, но где денег взять на эту заграницу? — хмыкнула я, поставив тарелку перед собой. Села, потёрла ладони между собой и, хитро посмотрев на Яра, который уже с нетерпением мусолил в руке вилку, подняла стакан с компотом. — Давай-ка выпьем, что ли? За встречу.

— Издеваешься, — усмехнулся Корнеев, и я сделала святые глаза.

— Нет, ну что ты! Повод-то какой — увиделись впервые за много лет. Даже не знаю, кого за это благодарить…

Я хотела пошутить в стиле «Бога или чёрта», но Яр зацепился за эту фразу и, погрустнев, произнёс:

Ага. Значит, всё-таки решил исповедоваться.

Изначально он не собирался рассказывать Алине про то, что случилось у них с Лилей. То ли стыдно было, то ли ещё что-то. В любом случае — обсуждать не хотелось. Но потом подумал — всё равно ведь кому-то надо рассказать, иначе так и с ума сойти недолго. Почему бы и не Алине? Она точно не станет ни с кем перетирать эту тему и сплетничать. Ярослав знал точно, что его одноклассница и подруга детства — из тех, кто никогда не ударит в спину. Алина могла помочь и поддержать, но унижение или насмешки — это не про неё.

— Знаешь, я неожиданно оказался из тех лохов, которые ничего не замечают, — вздохнул Корнеев, и Алина моментально отреагировала, протянув ему раскрытую ладонь:

— Я тоже. Давай пожмём друг другу руки, как два лоха и товарища по несчастью.

Яр засмеялся и сжал ладонь Алины, краем сознания отметив, какая у неё нежная и тёплая кожа.

От этой незатейливой шутливой поддержки было приятно.