Эффект домино. Падение

Что-то говорит ему, судя по шевелению губ, а я словно онемел, пытаясь осмыслить сцену перед моими глазами.

Кто для неё я? Всё, что было между нами — ложь? Как там говорил дружок Шейна? Ему нравятся испорченные?

Почувствовав распирающее давление под рёбрами, несколько раз ударяю себя кулаком в грудь, чтобы оживить своё тело. Ещё несколько секунд продолжаю истязать себя, наблюдая, как эта лицемерка, сделав пару шагов назад, расстёгивает пуговицы на своей юбке и начинает спускать её вниз по бёдрам. С меня достаточно.

Я нажимаю на стоп и отправляю видео в корзину, сразу же очищая её от этого мусора.

Я верил ей. Принял её скрытность за черту характера, а не лживую натуру. Закрыл глаза на слова Шейна, брошенные мне вдогонку в казино. Выходит, он говорил правду…

Попользовалась влюблённым дурачком? Нашла того, кто её испортит? Того, кто будет одаривать подарками и деньгами?

Усмехаюсь себе под нос, мотнув головой, чтобы избавиться от дурмана, которым я был так вероломно отравлен. Больно, так чертовски больно… Открыв все четыре окна, рывком выжимаю педаль газа, чтобы вихри воздуха, влетающего в салон на скорости, забрали с собой всё, что я испытываю к Кассандре. А в данный момент я испытываю к ней ненависть. Всепоглощающую, жгучую. Такую, что мне хочется её убить, стереть с лица земли, сделать невидимкой.

Не знаю, сколько времени я бесцельно кружу по районам ЭлЭй, но в один момент решаю отправиться туда, где меня всегда ждут. Где меня никто не предаст. Домой.

Знаки… В чём их смысл? Можно подумать, не заглохни моя тачка, эта змея не стянула бы с себя трусы перед Шейном.

Мне становится холодно. Закрыв окна, включаю печку, но озноб только всё больше усиливается, особенно когда возле нашего дома вижу несколько машин скорой помощи и полиции. Я ещё ничего не успел увидеть или понять, но отчего-то сердце сковывает болезненным спазмом, словно оно опередило мой разум в гонке за осознанием произошедшего.

Так странно. Моя душа будто отделилась от тела, потому что я выбегаю из машины, но не чувствую контакта с землёй. Мои глаза видят, но отказываются отправлять изображение нервным центрам мозга. Предметы вокруг меня дрожат, точно началось землетрясение. И сейчас я бы отдал всё, чтобы это было оно, потому что единственное неподвижное, что я вижу сейчас перед собой — это два чёрных мешка в человеческий рост.

Они аккуратно лежат на земле рядом друг с другом. Я пытаюсь собрать в своей голове картинки, но они то и дело ускользают от меня, оставляя один на один с этим странным туманом. Руки сами расстёгивают молнию сначала на одном мешке, затем на другом… Внезапно раздаётся чей-то мужской крик. Громкий, надрывный. Он эхом звенит в моей голове, причиняя адскую боль.