Формула искренности, Слр, 18+

Медленно выныриваю, так, чтобы волосы гладко легли назад и не мешали. Оглядываю вышки. Три метра и пять метров. Уже года три не прыгала с пятиметровой. С тех того момента, как врачи категорически запретили мне глубину. Старалась даже не смотреть в ее сторону.

А почему?… — зависаю на ней взглядом.

Потому что при погружении более, чем на два метра давление сосудов… И моя бомба взорвется. А может и не взорваться. Потому что ровно с такой же вероятностью она может взорваться во время сна. Сегодня. И завтра у меня уже не будет возможности прыгнуть с пятиметровой вышки.

И я завороженно смотрю на нее. Дотягиваюсь до поручня лестницы. Выхожу. По спине течет с волос вода. Медленно иду к вышкам. Сердце колотится. Берусь за ручку, делая шаг на лестницу. — Девушка, пятиметровая закрыта. Ее ремонтируют.

Молча сворачиваю на трехметровку. Адреналиновая волна откатывает. С трехметровой иногда прыгаю, стараясь уходить не слишком глубоко.

И сейчас встаю на край трамплина.

Когда-то у меня были отличные перспективы попасть в сборную. Сейчас — только эти редкие прыжки. Я могу нырнуть и не вынырнуть. С другой стороны я могу рухнуть прямо здесь и не ныряя. В эту секунду. Или в эту. Или в эту. В любую! Поэтому мой выбор очевиден. Прости меня, Сталкер, если я тебя сегодня обломаю с экшеном.

И отталкиваясь от трамплина, я идеально вхожу в воду. Она обнимает меня, все звуки знакомо глохнут. Время словно замедляется на пару секунд… Делаю кувырок в воде и медленно выныриваю. Ложусь спиной на воду. Закрываю глаза. Жива!! Круто…

Доплываю до ближайшего бортика практически пустой дорожки.

И дергаюсь от совершенно уже непривычного ощущения явно мужских рук, крепко обхвативших меня за талию. Со спины. И тела, плотно прижатого к моему.

Замираю. Сердце лупит не меньше, чем от попытки забраться на пятиметровую вышку. — Закрой глаза, Теона. Ты обещала мне…

Ох-ре-неть! — доходит до меня происходящее. — Как он это сделал?!

Но я закрываю, снова прислушиваясь к происходящему. С чувством легкой паники. — Не бояться и расслабиться. Помнишь?

Руки держат меня крепко, но бережно. И тело у него горячее, мощное. А от его мужского выраженного запаха моя голова кружится и хочется вдыхать глубже и ближе!! И это шокирует меня.

Потому что после Игоря… Именно запах, не только его, любого мужчины вызывал стойкое ощущение отвращения. А этот не вызывает. Этот кружит мне голову, как когда-то давно, в совсем другой моей жизни!

Я была уверенна, что больше никогда… — Расслабься… Это же я… Тебе не грозит ничего, кроме… брикинга.

Голос низковатый и с легкой хрипотцой. И я слышу по дыханию, что его тоже прёт от происходящего. — Сталкер, — улыбаюсь я нервно. — Ты — плохой мальчик! — Очень редко, — шепчет мне в ушко. — Но ты вдохновляешь.