Формула искренности, Слр, 18+

А Теона несет наше мороженное, облизывая по очереди из двух стаканчиков.

Солнце скрывается за темным кучевым облаком. Мы поднимаем глаза на раскат грома. — А обещали только к ночи, — торможу я у машины.

Закидываю скейт в багажник.

Тяжелые редкие капли срываются с неба…

За пару секунд теплый ливень превращает мой сарафан в прозрачную мокрую тряпочку. Улыбаясь, Матвей, притормаживает у подъезда, опуская глаза на мою грудь. Мы держимся за руки. Пусть смотрит…

Закрываю глаза, подставляя лицо каплям. И через секунду ощущаю его горячие губы, руки, тело…

В эмоциях, он подхватывает меня за талию и поднимает выше, разглядывая снизу.

Губы скользят по ткани, натянутой на сосках.

Нет, не похож… — улыбаюсь я.

Наклоняюсь, целую в губы. Он медленно дает мне проскользнуть по его телу и встать на ноги. — Пойдем ко мне. — Ммм… — ухмыляюсь я. — А как же «ждать» вместе с тобой «завтра»? — Отпустить один раз — это поступок, демонстрация серьезных намерений. Второй — мазохизм и дурость!

И мы смеясь залетаем в темный подъезд. — Света нет до сих пор… Осилишь подъем? — А ты? — опускаю глаза на его колено.

Даже в сумраке вижу на нем шрамы.

Неуверенно застывает, покусывая губу. — Пойдем, — тянет меня за руку.

С утра он практически не хромал. Сейчас хромота заметна и я вижу, как скрытно покусывает от боли губы.

Торможу через два пролета. Наши руки натягиваются. — Что такое?

Мне не хочется смущать его излишней заботой, подогревая комплексы, поэтому я просто ловлю его губы, впечатывая спиной в стену. Нам нужно немножечко отдохнуть!

Перехватывая меня за подбородок, он впивается в нижнюю губу. Медленно со смачным чмоканием выпускает. Делает так еще раз. И еще раз… Повторяет тоже самое с верхней… — Мммм… — мучительно сладко.

Мы улыбаемся друг другу. В сумраке сверкают его белоснежные зубы. — Красивый, — обрисовываю пальцем его профиль. — Красивая… — шепчет он прижимаясь губами к моей скуле. — Пойдем… — умоляюще.

И мы поднимаемся еще несколько пролетов. И я опять торможу его. Но теперь уже он впечатывает меня в стену. И теперь наши поцелуи не нежные и исследовательские, а горячие и агрессивные. Его руки скользят по моим бедрам вверх. Колено упирается в стенку и он насаживает меня на своё бедро. От возбуждение моя голова кружится. Добираюсь пальцами до его твердой ширинки. — Мы так не дойдем… — шепчет он задыхаясь. — Никогда не занималась сексом в подъезде, — тяну вниз собачку его ширинки. — Между четвертым и пятым этажом. А ты? — Никогда, — возбужденно смеется он. — Хочу почувствовать внутри твой член. — Тея… — зажмуриваясь и впиваясь в мой рот. — Может кто-нибудь выйти… а мы не услышим. — Мы не будем трахаться… — шепчу ему возбужденно.